Демоны в царстве количества

Meister Schwarzsichtig, 2015






В предыдущем обзоре мы постарались объяснить в общих чертах, как происходит демоническое вторжение в человеческий мир и как именно оно может проявиться1. Теперь мы обратимся к проблеме более фундаментальной, а именно - попытаемся раскрыть, почему эта инвазия вообще оказалась возможной, и как демонам удалось так глубоко интегрироваться в телесный мир.

 

§ 1. Истинные «врата ада»

О явлении одержимости демонами мы писали уже достаточно, чтобы не доказывать в очередной раз, что оно не ограничивается одними только экстраординарными случаями, произошедшими с монахинями во времена Средневековья, но носит повсеместный и, пожалуй, даже тотальный характер. Принимая это как максиму, само собой напрашивается заключение, что, если уж мы говорим о демонах, так называемыми «вратами ада», через которые они «прорываются» в человеческий мир, и вокруг которых строятся сюжеты великого множества «мистических» и «оккультных» литературных произведений и кинофильмов, но которые от этого отнюдь не являются плодом исключительно воображения, - этими «вратами ада» оказывается сам человек: именно через него креатуры инфернального характера проходят в чувственный мир. Вот только закатанные до белка глаза и невообразимые судороги тела одержимого, к которым современных людей приучила киноиндустрия, далеко не всегда выдают его.
Человек как главное божественное творение имеет приоритет перед другими креатурами (тварями) не только с позиции божьего промысла, но равным образом и с позиции «дьявольского промысла». Именно поэтому проникновение демона через Великую Стену2 - образно выражаясь, всего лишь полдела. Конечно, это не такая уж и простая задача (возможно, в будущем мы рассмотрим этот вопрос более подробно), но это всего лишь прелюдия, а не главная цель. Ею же является именно человек. «Щели» в Великой Стене и не могут быть чем-то большим, нежели всего лишь «щелями». «Вратами» может быть только человек.
Фразеологизмы «довести до белого каления», «разбудить зверя», «вывести из себя» и другие метафоры и литературные обороты, подразумевающие введение человека в неадекватное состояние, собственно, и подразумевают в том числе процесс выпускания демона наружу, открытие «врат ада». Это достаточно очевидно - с «демоническими атаками» человек сталкивается каждый день. Открыть «врата» может как сам человек, в итоге воплощаемый / отождествляемый с ними, так и сторонний. Понятно и то, что открыть их можно в разной степени - от едва приоткрытой щели до широко распахнутого зева: можно всего лишь развязать словесную перепалку с близкими, а можно и устроить бойню в alma mater.
Пожалуй, это довольно печальная и лишенная какой бы то ни было романтической жилки истина: вовсе не мифический Некрономикон и даже не реальные Ключи Соломона открывают демонам путь в человеческий мир, но именно сам человек. Разумеется, такое положение вещей было не всегда - когда-то без помощи гримуаров или «колдовских книг» в этой области действительно было не обойтись. Сегодня все гораздо проще: у человека современности много больше шансов подвергнуться одержанию и заключить договор с дьяволом, нежели у человека Средневековья, Античности, не говоря уже о Традиции. Однако гримуары за века не изменились, а демоны за тысячелетия - тоже, скорей всего. Так что все дело в человеке.
Современные люди, констатирует Рене Генон, «поистине пали на “инфрачеловеческий” уровень, уровень, если угодно, насекомых, таких как пчелы и трутни; и в результате всеми средствами их стараются “выдрессировать” отличаться друг от друга не больше, чем представители этих видов животных или даже еще меньше»3. Генон вообще не очень лестно отзывается о современном человеке, но в данном комментарии он, похоже, не скрывает своего презрения к нему. О «падении» и «деградации» человеческого существа, разумеется, можно найти предостаточно сентенций, разной как степени проницательности, так и уровня грубости, однако мнение Генона показательно в том смысле, что это оценка традиционалиста, и, стало быть, имеет гораздо больше претензий на объективность с интересующих нас позиций. Мало заклеймить деградацию человека, нужно еще и объяснить, как она стала возможной, - что Генон и делает.
Итак, что же произошло с человеком, из-за чего он с легкостью превращается во «врата ада»? Как мы отмечали раньше, защита человека «высшими сферами» в нынешних условиях сведена к минимуму4. Помимо, скажем так, объективных причин, защита не действует еще и потому, что человек не видит ее и, стало быть, не может прибегнуть к ее помощи. Как объясняет это Генон: «Достаточно посмотреть вокруг себя, чтобы констатировать, что современный человек стал поистине непроницаемым для любого иного влияния, кроме того, которое подлежит действию его органов чувств»5. В другом месте французский философ останавливается на этом аспекте несколько подробнее: «...Человек вследствие ... “материализации” или “отвердения”, которое совершенно естественно в нем так же осуществляется, как и во всей остальной сфере космического проявления, часть которого он составляет и которое именно и изменяет его “психофизиологическую” конституцию, утратил опыт употребления способностей, которые позволяли бы ему нормальным образом превосходить границы чувственного мира, так как, даже если он весьма реально и окружен непроницаемыми ограждениями, то можно было бы сказать, что он таким не был в предшествующих состояниях»6.
Человек оказался как следует подготовлен для того, чтобы стать лидирующим носителем не самого почетного титула «врата ада». Подготовлен, как это ни покажется странным, философией. Точнее, тем, что называется философией в наши дни. Мы говорим, в частности, о рационализме.

 

§ 2. Homo sapiens

Определяя рационализм как «веру в главенство разума, объявляемое настоящей “догмой” и предполагающее отрицание всего того, что представляет собою сверхиндивидуальный порядок»7, Генон, фактически, обращает научное название человеческого вида - Homo sapiens - Человек разумный - в диагноз, или, если угодно, даже в приговор человечеству. Если следовать букве геноновского закона, то определение человека именно таким образом (Человек разумный) стоит расценить как непосредственное действие антитрадиционных сил: одним только своим «научным» определением человек как вид оказался «рационализирован» и, тем самым, формально оторван от сверхиндивидуального порядка8.
Без связи подобного рода человек оказывается, как мы ранее отметили, без защиты и, если уж на то пошло, даже без наставления: «Рационализм, будучи отрицанием всякого высшего по отношению к разуму принципа, влечет за собой в качестве “практического” следствия исключительное использование этого самого ослепленного разума, если можно так сказать, ослепленного тем, что он изолирован от чистого и трансцендентного интеллекта, свет которого законным и нормальным образом он может лишь отражать в индивидуальной области. С того момента, как он утратил всякую действенную связь со сверхиндивидуальным интеллектом, разум может стремиться только к низу, то есть к низшему полюсу существования и погружаться все более и более в “материальность”»9. Можно было бы сказать, что, будучи оторванным от сверхиндивидуального порядка, человек оказывается предоставлен самому себе. Однако это не так: «пусто» не бывает не только «свято место», но и телесное. Суть не в том, что человек вместе со своим разумом погружается в «материальность», суть в том, что без «прикрытия» сверху он становится легко доступным для атак «снизу».
Отсечением области сверхиндивидуального от телесного мира рационализм создает все условия для успешного проникновения в человеческий мир пагубных влияний низшей тонкой сферы, лишенных принципов трансцендентного порядка. Именно поэтому тот факт, что в эпоху «технического прогресса» (одного из главных следствий / признаков / проявлений доминирования рационального взгляда на мир) одержимых людей оказывается в порядки больше, нежели в эпоху «темного» Средневековья, не является парадоксом.
Машины стали пиковым проявлением процесса «отвердения» мира - до них соответствующий материалистической концепции мир реализовывался лишь на уровне идей, пускай это и звучит несколько парадоксально, теперь же они получили полноценное «материальное воплощение», явив «отвердение» во всей своей красе. С этой позиции, кстати, луддитов, в конце XVIII - начале XIX века активно сопротивлявшихся промышленной революции в Англии, сегодня можно рассматривать, пожалуй, даже как некое крипто-традиционалистское движение. Во всяком случае, следуя букве Генона, в конфликте луддитов и промышленных капиталистов выявляется серьезное основание, принимая во внимание которое нельзя сказать, что «разрушителями машин» двигали исключительно прагматические соображения собственников, насильно лишаемых средств к труду, и, стало быть, к существованию вообще: «Существующая оппозиция между тем, чем являлись старинные ремесла, и тем, что представляет собою современная промышленность, есть, по сути, особый случай и как бы приложение оппозиции двух точек зрения - количественной и качественной - доминирующей соответственно в том и ином случае»10. Луддиты, сами того не осознавая, отстаивали не только свое право на труд, но, получается, сам по себе традиционный принцип, вытесняемый рационалистским подходом к человеческой деятельности любого плана: «В традиционной концепции сущностные качества определяют деятельность существ; в профанной концепции, наоборот, эти качества больше не учитываются, а индивиды рассматриваются как взаимозаменимые и чисто нумерические “единицы”. Логически эта концепция может привести только к осуществлению лишь “механической” деятельности, в которой больше нет ничего истинно человеческого, и действительно, именно это мы можем констатировать в наши дни»11. Впрочем, мы немного отвлеклись.
Как бы то ни было, одним только фактом своего появления машины оказались безотказными союзниками демонов. Польский писатель-мистик Стефан Грабинский, уделявший в своем творчестве пристальное внимание тонким силам низшего порядка - в особенности «стихийным демонам» (элементалям огня был посвящен сборник рассказов «Книга огня») и суккубам (сборник «Чудовищная история»), - «вывел» особый вид демонов, проявляющих себя посредством локомотивов и другой железнодорожной техники первой трети XX века, т. е. по сегодняшним меркам примитивной. Цикл рассказов, в которых проносятся «инфернальные локомотивы», так и называется: «Демон движения». К людям этот демон беспощаден - когда замечает их12. Но примитивные паровые механизмы незаметно (не в системе оценок продолжительности человеческой жизни, но с точки зрения космических циклов) трансформировались в быстродействующие компьютеры, усугубив и без того плачевную для человека картину. «Виртуальная реальность», слившая компьютерные технологии с человеческой психикой, оказалась удобной лазейкой для «инфрателесных» тонких влияний. Никто из изобретателей компьютеров не мог предположить, что однажды люди начнут в прямым смысле слова сходить с ума, сидя перед мониторами, и что это будет напоминать, к изумлению и негодованию поборников прогресса, настоящие «сказки о демонах» из Средневековья13.
Франсиско Гойя, хотел он того или нет, понимал он того или нет, в действительности зарекомендовал себя горячим приверженцем рационализма14, провозгласив знаменитое «Сон разума рождает чудовищ» (1797). Приписывая именно союзу разума и воображения авторство в создании произведений искусства, Гойя оказался настоящим предтечей фрейдистов, так как свалил «чудовищ» и, собственно, их порождение, исключительно на сон разума, т. е., на его (разума) бездействие - как потом скажет Зигмунд Фрейд, на подсознание / бессознательное. Да, действительно, «бессознательное» есть открытая дверь в самую низшую тонкую сферу15, однако, все говорит о том, что как раз-таки разум и распахнул ее - быть может, именно поэтому родоначальник рационализма Рене Декарт парадоксальным образом высоко ценил состояние сновидения, о чем мы подробно поговорим далее.

 

§ 3. «Разум» демона

Границы человеческого разума не такие уж и широкие, как того хотелось бы самому человеку, ставшему «разумным», как оказывается, исключительно благодаря учению рационализма. «Рационализм во всех своих формах, по существу, определяется через веру в главенство разума, объявляемое настоящей “догмой” и предполагающее отрицание всего того, что представляет собою сверхиндивидуальный порядок, а именно, чистую интеллектуальную интуицию, что логически ведет к исключению истинного метафизического познания»16, - «ограничивает» человеческий разум Генон. С этой точки зрения человеческий разум, каким его принято определять, вообще не может быть расценен как достоинство: «Нельзя говорить о “разумности” относительно существ, принадлежащих к другим состояниям существования, а именно, к сверхиндивидуальному существованию, каковы, например, ангелы; это хорошо согласуется с тем фактом, что разум есть способность исключительно индивидуального порядка, которая никогда не может превзойти никоим образом пределы человеческой среды»17.
Не будем сомневаться в том, что демоны так же, как и ангелы, принадлежат к «другим» состояниям существования, нежели телесное (к которому, собственно, принадлежит человек), однако мы не можем говорить об их принадлежности к сверхиндивидуальному существованию, хотя до своего падения они и принадлежали именно к этой области, и в большей или меньшей степени, хотят демоны того или нет, это прошлое состояние до сих пор накладывает свой отпечаток на их нынешнее состояние существования, определяемое как инфрателесное, т. е. принадлежность к низшей тонкой сфере. Но можем ли мы говорить о чистой интеллектуальной интуиции в отношении демонов?
Чистая интеллектуальная интуиция располагается над разумом, и, строго говоря, как это следует из Генона, какое бы то ни было сравнение между ними лишено смысла: «Рассудок, который есть всего лишь способность опосредованного знания, является чисто человеческой модальностью разума, а интеллектуальная интуиция может быть названа надчеловеческой, потому что она есть непосредственное участие в универсальном разуме, который, помещаясь в сердце, т. е. в самом центре существа, там, где находится точка его соприкосновения с Божественным, проникает в это существо изнутри и озаряет его своим излучением»18. Достаточно очевидно, что такого плана характеристика чистой интеллектуальной интуиции может быть соотнесена с бытием ангелов, но никак не демонов. Однако последние, опять же, должны были по крайней мере частично сохранить за собой одно из главнейших качеств ангелической бытности, а именно, - пребывание вне опыта. Если бы это было не так, демоны не представляли бы никакой угрозы для деятельности сверхиндивидуального порядка, распространяемой в сфере космического проявления. Полагаем, именно благодаря этим остаткам ангелической интуиции и метафизического познания демоны оказались способны с течением времени все больше и больше покорять тонкую сферу, в буквальном смысле слова отвоевывая себе пространство у сверхиндивидуального порядка - и превращая человека в своего раба19.
Падение, которое есть не что иное, как разрыв с трансцендентным интеллектом, наложило глубокий отпечаток на сущность и структуру «падших ангелов». Критикуя деланно противопоставляющий себя позитивизму интуиционизм, Генон замечает, что это философское течение ссылается «на так называемую “интуицию”, принадлежащую исключительно сенситивному и “витальному” порядку, в крайне спутанном понятии о которой собственно чувственная интуиция смешана с самыми темными силами инстинкта и чувствования»20. Эта характеристика чувственной интуиции21 людей, прошедших за время «прогресса» «обработку» рационализмом, механицизмом и материализмом, способна дать некоторое представление о «демонической интуиции», благо, демоны имеют, как это должно быть понятно, самое непосредственное отношение к появлению этой самой чувственной интуиции человека. «Демоническая интуиция» отличается от чувственной интуиции полным отсутствием в ней собственно чувственности, т. е. это инстинкт в чистом виде - «демонический инстинкт». В свою очередь его происхождение - вопрос, возможно, из области теологии, нежели демонологии, но мы в любом случае пока не будем отвлекаться на него.
В итоге, пожалуй, можно даже говорить о некоем конфликте между «интуициями», вовлеченными в который оказались «падшие ангелы», а именно - противоречие между чистой интеллектуальной интуицией (точнее, ее остатками), т. е. самой высшей формой знания, и новоявленной «демонической интуицией», т. е. «темнейшим» инстинктом. Окончательно и бесповоротно его можно снять, как это понятно, лишь сделав выбор в пользу одной из противоборствующих сторон, чего, что тоже достаточно очевидно, «падшие ангелы» сделать не могут, даже если у них возникнет такое желание - впрочем, это тема для отдельного разговора. Демоны же следующих поколений, т. е. появившиеся уже после падения и никогда не бывшие собственно ангелами, лишены интеллектуальной интуиции - впрочем, и здесь не все так просто: об этом аспекте мы поговорим немного позже.
Как бы то ни было, своим Cogito, ergo sum - Мыслю, следовательно существую - Декарт22 фактически отказал в существовании ангелам, демонам и другим внетелесным созданиям, - ибо они не «мыслят» в человеческом понимании этого слова. От одной человеческой сентенции ангелы и демоны, разумеется, не исчезли вообще - они перестали существовать именно для Человека Разумного23. И если вера человека в несуществование ангелов способствовала ослаблению его защиты сверхиндивидуального порядка, то вера в несуществование демонов, напротив, облегчила возможность воздействия последних.

 

§ 4. Спириты - «убийцы» демонов

Впечатляющим примером проявления действия рационалистской идеологии является спиритуализм (неоспиритуализм). Это учение, будучи, как и материализм, продуктом рационализма (Генон, в частности, определял «неоспиритуализм» не иначе как «перенесенным материализмом»24), что, конечно же, не признается его последователями, - как это ни покажется странным, действительно отрицает существование демонов. И это при том, что наиболее явный, классический, так сказать, вариант соответствия человека понятию одержимого (или «врат ада») происходит в случае проведения им именно спиритических «инвокаций» - и, добавим, психоаналитических. Генон достаточно подробно рассмотрел эти два случая с точки зрения взаимодействия с тонкими силами самого низшего порядка25, так что нам, фактически, остается только упорядочить «взаимоотношения» спиритов и демонов.
Аллан Кардек (наст. Ипполит Леон Денизар-Ривайль), считавшийся наиболее авторитетным спиритическим автором во Франции (он возглавлял Французскую спиритическую ассоциацию), однако, что примечательно, не получивший признания среди спиритуалистов Великобритании и США, в своей «Книге Духов» (“Le Livre des Esprits”, 1857), которая приобрела репутацию не иначе как «спиритической библии», утверждал буквально следующее: «Слово “одержимый” в своем просторечном значении предполагает существование “демонов”, т. е. особой категории злонамеренных существ, и их совместного с душою нахождения в теле конкретного человека. Поскольку в этом смысле демонов не существует и духи не могут жить одновременно в одном и том же теле, то нет и “одержимых” согласно идее, придаваемой этому слову. Слово “одержимый” должно пониматься лишь в смысле абсолютной зависимости, в которой может находиться воплощенная душа по отношению к несовершенным духам, подчиняющим ее себе»26.
Аналогичную мысль Кардек высказывает в своей последующей работе «Книга медиумов» (“Le Livre des mediums”, 1861), равным образом причисленной к «классике спиритизма»: «В прежние времена называли беснованием власть, которую обнаруживали злые духи, когда влияние их доходило до помрачения способностей. Беснование для нас будет синонимом порабощения. Если мы не принимаем этого термина, то по двум причинам: во-первых, потому, что этот термин указывает на верование в существа, сотворенные для зла и вечно преданные злу, тогда как есть только существа, более или менее несовершенные, которые все могут улучшиться. Во-вторых, потому, что он заключает в себе идею о власти постороннего духа над телом человека, вроде какого-то сожития, между тем как это одно только насилие. Слово порабощение выражает вполне эту мысль. Итак, у нас нет бесноватых в обыкновенном смысле этого слова, а есть только одержимые, омраченные и порабощенные»27. Упомянутые «видоизменения», которые происходят якобы вовсе не в результате действий демонов, спиритуалист, тем не менее, описывает в тех же выражениях, которые в другой ситуации использовались бы для характеристики именно демонического одержания: «Одержание простое бывает тогда, когда злой дух привязывается к медиуму, вмешивается вопреки его воле в получаемые им сообщения, мешает ему сообщаться с другими духами и замещает тех, которых вызывают. <...> Омрачение имеет последствия более важные. Это иллюзия, произведенная прямым действием духа на мысль медиума, которая парализует некоторым образом его суждения относительно сообщений. Медиум омраченный не видит, что его обманывают. <...> Порабощение есть стеснение, которое совершенно уничтожает волю того, кто ему подвергается, и заставляет его действовать независимо от своего желания. Одним словом, он находится под совершенным игом»28.
Но что же тогда есть «дух» для спиритов? Хотя Кардек и утверждает, что дух пребывает вне материальной сферы: «Можно сказать, что духи суть разумные существа мироздания. Они населяют Вселенную за пределами матерьяльного [sic] мира»29, - он, тем не менее, уверенно лишает его связи с трансцендентным принципом: «Духи суть индивидуализация разумного начала, как тела суть индивидуализация начала матерьяльного»30. Ибо там, где затрагивается принцип индивидуации, ни о какой трансцендентности речи быть не может, тогда как, если уж об этом пошла речь, согласно Генону, «ангелы ... с точки зрения метафизической олицетворяют именно надындивидуальные состояния бытия»31. Показательно в этой связи, что Генон, затрагивая однажды не очень, судя по всему, приятную для него тему магии, заявил, что инвокатор, призывающий ангела, однако при этом в частном порядке переносящий на него принцип индивидуации в той или иной степени, фактически призывает демона, ибо ангел не может существовать в индивидуальном порядке32. Т. о., демон сам по себе связан с принципом индивидуации - это есть одно из следствий падения. Неспроста экзорцисты для достижения своей цели считают крайне важным установить имя демона, с которым они имеют дело. Впрочем, это не имеет отношения к рассматриваемому вопросу, - вывод же, который необходимо заключить на данном этапе, следующий: «духи» спиритов по крайней мере в общих чертах являются существами того же плана, что и демоны.
В этой связи уместно уделить определенное внимание классификации теорий объяснения спиритических «феноменов», предложенную французским бактериологом Полем Жибье, который исследовал спиритизм с научной, как он утверждал, точки зрения. Генон, не принимая, разумеется, данную классификацию всецело, соглашался, тем не менее, использовать ее для своих нужд в качестве «отправной точки», - кстати, сами по себе «феномены» спиритов он, как следует из его замечаний, не ставил под сомнение (кроме, естественно, случаев явного и доказанного шарлатанства). Одна из теорий Жибье так и именуется - «демоническая»: согласно ей, за «феномены» спиритов несут ответственность не иначе как «дьявол и его сообщники»33, т. е., надо полагать, демоны, - и в итоге она сводится к отождествлению спиритизма с колдовством. Генон, который при разговоре о спиритах и всего с ними связанного обычно не стесняется в выражениях - настолько, насколько это может позволить себе интеллектуал его уровня, - не причисляет данную теорию к «бредовым», замечая лишь как бы нехотя, что все «феномены» нельзя объяснять одной единственной теорией.
В случае Генона, который предельно категоричен и прямолинеен, когда дело касается критики и отрицания противоречащих Традиции процессов и явлений, тогда как при разъяснении действительного положения вещей он чаще всего ограничивается лишь намеками и общими постулатами (видимо, с целью предотвращения попадания в руки «профанов» сведений, способных привести к негативным последствиям при их использовании не «по назначению»), подобная оценка равнозначна признанию: да, вместо «духов» спириты могут общаться с демонами - по крайней мере, в ряде случаев. При этом, хотя в основном Генон и сводит все к тому, что спириты принимают за «духов» «блуждающие влияния» - или «психические остатки»34, - некоторые его замечания общего характера при желании могут быть интерпретированы как свидетельства в пользу именно «демонической» версии объяснения «феноменов» спиритов. Например: «...Повсюду природные медиумы считались “охваченными” или “одержимыми”35, в зависимости от случая, и ими занимались лишь для того, чтобы постараться освободить их от этого и исцелить. Это только лишь спириты возвели это уродство в ранг достоинства, стремясь поддерживать его и культивировать и даже вызывать его искусственно и окружая невероятным почтением страдающих от него несчастных, вместо того, чтобы видеть в них объект жалости и отвращения. Достаточно не иметь никаких предрассудков, чтобы ясно заметить опасность этого странного переворота: медиум, какова бы ни была природа явлений, действующих на него и через него, должен рассматриваться как настоящий больной, как ненормальное и неуравновешенное существо; с тех пор как спириты, вместо того, чтобы заниматься исцелением этой неуравновешенности, стремятся всеми силами ее распространять, их следует разоблачать как опасное для общественного здоровья течение»36. И далее: «Медиум - это существо, которое свою злосчастную конституцию связывает со всем тем, что менее всего заслуживает похвалы в этом мире и даже в низших мирах»37.
Таким образом складывается на первый взгляд парадокс: спириты, являя собой чистейший случай одержимости демонами - по крайней мере в некоторых случаях, хотя можно с известной степенью уверенности утверждать, что во многих случаях, - упорно отрицают не только одержимость «согласно идее, придаваемой этому слову», но и вообще само по себе существование демонов. Парадокс этот, впрочем, становится вполне объяснимым, учитывая все то, что сказал Генон о «контринициации» и проводимой ее представителями антитрадиционной деятельности, в том числе и маскировки своей активности. Проще говоря, спириты, будучи «человеческими субъектами действия, через которых исполняется антитрадиционная деятельность»38, в свое время были призваны именно «спрятать» демонов. На этом, впрочем, их «функции» и «задачи» не заканчиваются - по убеждению Генона, спиритов «даже будут использовать для активной помощи при открытии “трещин” … , так как в этой области речь уже идет не только об “идеях” или каких-то теориях, но одновременно и о “практике”, которая ставит их в прямое отношение с тонкими силами самого низшего порядка; впрочем, они предаются этому тем более охотно, что находятся в полнейшей иллюзии относительно подлинной природы этих сил и доходят даже до того, что придают им “духовный” характер»39. Цитируемая работа «Царство количества и знамения времени» (Le règne de la quantité et les signes des temps) впервые была издана в 1945 году - понятно, что сейчас время (составного глагольного) сказуемого «будут использовать» следует поменять на настоящее, опустив глагол-связку: «используют».
О действенности же усилий спиритов по «уничтожению» демонов, в частности, и о высокой способности спиритического учения к проникновению в другие философские и религиозные системы, если не сказать о способности к мимикрии, в целом, красноречиво свидетельствует роман австрийского писателя-мистика Густава Майринка «Ангел Западного Окна». На раннем этапе своего мистического пути автор увлекался спиритизмом, однако в итоге разочаровался в нем, впоследствии критикуя его при каждом удобном случае40. Увы, как об этом свидетельствует Генон, никто не застрахован от «спиритической заразы»41, и спиритическое прошлое Майринка все-таки дало о себе знать: Ангел Западного Окна обращается у него фактически в составляющую психики героя романа. На вопрос Джона Ди / барона Мюллера, кто же такой на самом деле Иль, Ангел Западного Окна, алхимик Гарднер / доктор Теодор Гертнер отвечает: «Эхо, ничего больше! И о своем бессмертии он говорил с полным на то правом, ибо никогда не жил, а потому и был бессмертен. Смерть не властна над тем, кто не живет. Все, исходящее от него: знание, власть, благословение и проклятие, - исходило от вас, заклинавших его. Он - всего лишь сумма тех вопросов, знаний и магических потенций, которые жили в вас, но вы о них и не помышляли. Ну, а поскольку все вы привнесли нечто в эту сумму, то явление “Ангела” было для вас откровением. Иль - это огромный магический кристалл, и каждый из вас - лучей мортлейкской пентаграммы, - глядя в обращенную к нему грань, видел отражение своего самого сокровенного, самого тайного, самого больного и мучительного, корни которого скрыты в прошлом, в царстве мертвых, на Западе... <...> Ты питал его своей психической энергией: чем больше ты мучился и страдал, тем тучнее становился он, наливаясь тяжелой, ядовитой кровью. Но вот иссякли твои эмоции и вопросы, иссяк и он...»42. Достаточно очевидно, что толкование Майринком созданного им Ангела Западного Окна полностью удовлетворяет «теории коллективной сущности» из упомянутой выше классификации теорий объяснения «феноменов» спиритизма за авторством Жибье: «Особый флюид отделяется от личности медиума и соединяется с флюидом присутствующих, чтобы образовать новое, временно действующее лицо, независимое в определенной степени и производящее известные феномены»43. На выходе имеем, что Джон Ди на страницах романа Майринка проводил банальные спиритические сеансы, но вовсе не магические инвокации. Действительно, в большинстве сцен книги его партнер Эдвард Келли предстает именно медиумом, но не магом.
На первый взгляд, с позиции рассматриваемого принципа «врат ада», т. е., пользуясь формулировками Генона, с точки зрения «вовлечения человеческих существ в безвозвратное погружение в хаос “промежуточного мира” и в действия … в интересах “сатанинских” сил»44, случай магии, а тем более того, что за нее выдается сегодня, практически ничем не отличается от спиритизма (и, заодно, психоанализа). Однако в некоторых ситуациях, в т. ч. данной, следует принимать во внимание разницу в используемых магом и спиритом техниках, а также то обстоятельство, что маг все-таки сознательно отдается под влияние тонких сил (иногда самого) низшего порядка, понимая, что контакт подобного рода может обернуться какими бы то ни было пагубными последствиями, тогда как спириты (а равно и психоаналитики, и уж тем более их пациенты) могут никогда так и не понять подлинной сути своих действий. При подобном видении проблемы случай контакта мага с демоном можно рассматривать как obsessio («осада»), а медиума - как possessio («владение»)45. Генон, впрочем, делая ставку именно на сознательность мага, дистанцирует его от медиума в большей степени: «...Маг является полной противоположностью медиума. Маг играет в производстве феноменов принципиально активную роль, в то время как медиум по определению представляет собой чисто пассивное орудие. В этом отношении маг скорее похож на гипнотизера, а медиум - на его “объект”. Но следует добавить, что маг не обязательно действует посредством “объекта”, и это даже весьма редко встречается, и что сфера, в которой осуществляется его деятельность, гораздо более протяженная и сложная, чем сфера деятельности гипнотизера»46 (отметим по случаю, что этим объясняется, в частности, то обстоятельство, что маг своими действиями способен вовлечь в сферу своего влияния объекты, на которые он не нацеливал свои техники, равно как и запустить не предполагавшиеся к исполнению процессы). В любом случае приходится признать, что Майринк, мягко выражаясь, в своем произведении значительно упростил ситуацию с инвокациями. Возможность толкования образа Ангела Западного Окна как проявление архетипа коллективной тени, идею о котором выдвинул швейцарский психоаналитик Карл Густав Юнг, к сожалению, лишь усугубляет положение дел47. Пожалуй, со своих беспощадных позиций традиционалиста Генон имел все основания относиться критически к Майринку и его творчеству48.
Как бы то ни было - заметим в заключение этого пункта, - неудивительно, что в ходе дальнейшего внедрения принципов рационализма во все сферы жизни человека, или, прибегая к терминологии традиционалистов, в ходе развития процесса «отвердения» мира, демоны и их действия были окончательно «переведены» в сферу материального, будучи интерпретированы как низшие проявления психики, а то и вовсе как психические болезни и отклонения человека. Человечество отказалось от демонов, перестав в них верить. Однако, куда-то инфернальных сущностей все-таки надо было пристроить - и здесь очень кстати подвернулось подсознание / бессознательное.

 

§ 5. Великие «врата ада» - «Башни Сатаны»

По теме нашего исследования, определенно, стоит уделить внимание «вратам ада», как их понимает традиционная или «священная» география. Географический символизм полагает, что в телесном мире существуют реальные места, через которые проникают тонкие влияния, в том числе и низшего порядка. Естественно, наличие и тем более функционирование этих мест ни коим образом не зависит от воли человека: «...Есть места, которые в особенности пригодны для того, чтобы служить “опорой” для воздействий “духовных влияний”, и именно на них всегда основываются определенные главные и второстепенные традиционные “центры”, из которых “оракулы” античности и места паломничества представляют собою наиболее явные внешние примеры; существуют также и другие места, которые тоже особо благоприятны для проявления “влияний” совершенно противоположного характера, принадлежащих к самым низким областям тонкой сферы; но что современному западному человеку до того, если в таком-то месте находится “дверь на небеса”, а в другом “пасть ада”, раз “плотность” его “психофизической” конституции такова, что ни в том, ни в другом случае он не может испытать абсолютно ничего особого?»49 Генон, следует отметить, прав в своей пессимистической оценке современного человека, лишь взяв в качестве образца для критики т. н. «среднестатистического представителя массы», и хотя таковых людей, как следует из самого определения, подавляющее большинство, тем не менее, на всех поголовно подобную характеристику распространять нельзя, в противном случае трудно объяснить притягательность т. н. «мест силы», что бы под этим определением ни подразумевалось, для лиц вполне конкретных интересов, вне зависимости от того, сознательно или бессознательно (второе, надо полагать, имеет место чаще) они ищут их и пытаются проникнуть в эти места, равно как и от того, по какой именно причине они это делают - в данном случае важнее то, что далеко не все люди бесчувственны по отношению к означенным местам духовных и противоположных «влияний».
Британский писатель-мистик Элджернон Блэквуд, к творчеству которого Генон, памятуя случай Майринка, наверняка также имел серьезные претензии (не говоря уже о его отношении к членству Блэквуда в Hermetic Order of the Golden Dawn - несомненно, «контринициатической» организации в терминах Генона), думается, не без оснований (равно как эмпирического, так и теоретического характера) уточнил принцип формирования «центров влияния» в пользу низших областей тонкой сферы: «...Именно злые чувства оставляют свои магнетические отпечатки на всем окружающем. … Кто слышал о заколдованных местах, где творились бы благородные дела, или о добрых и прекрасных призраках, разгуливающих при лунном свете? К сожалению, никто. Только порочные страсти обладают достаточной силой, чтобы оставлять после себя долговечные следы»50. Учитывая, что термин Блэквуда «магнетические отпечатки» является грубым аналогом термина Генона «психические остатки», можно без особой доказательной базы прийти к утверждению, что в наши дни мест «демонических влияний» должно быть гораздо больше, нежели влияний противоположного, «духовного» характера.
Верный себе, Генон практически ничего не говорит об объектах, которые мы для простоты изложения материала определяем как «врата ада». Однако, своими немногочисленными обмолвками он дает понять, что сомневаться в их существовании не приходится: «Мы знаем, что по всему миру имеется определенное количество “резервуаров” влияний, распределение которых, разумеется, не несет в себе ничего “случайного”, и очень хорошо служащих намерениям определенных “сил”, ответственных за все современное отклонение»51. Здесь, разумеется, прежде всего следует иметь в виду всем известные «Башни Сатаны». Не углубляясь в анализ имеющихся сведений об этих объектах и тем более в теоретические разработки касательно их функционирования, позволим себе заметить по этой теме, что, несмотря на многочисленные пересуды разной степени серьезности о пресловутых «Башнях Сатаны», серьезный вес которым, между прочим, придал все-таки сам Генон, подтвердив реальность их существования и функционирования, никто их так и не нашел, и даже более того, не указал их точного месторасположения - несмотря на отчаянные попытки оккультистов, мистиков и метафизиков разного уровня проделать это52. Даже если допустить, что означенные «Башни Сатаны» являются реальными архитектурными и / или природными объектами той или иной формы, а придание гласности информации о них является, как на это указывают некоторые традиционалисты, свидетельством вступления в силу определенной фазы деятельности приверженцев контртрадиции53, то приходится признать, что по крайней мере на данном этапе истории человечества «вратами ада» в полном смысле этого слова «Башни Сатаны» не являются, ибо с этой функцией успешно справляется непосредственно человек.
В известном смысле современный человек и «контринициация» созданы друг для друга: последняя «ни в коем случае … не может выйти за “опосредующий мир”, то есть за психическую сферу, которая в конце концов, во всех отношениях есть поле привилегированного влияния “Сатаны” как в человеческом, так и в космическом порядках»54, тогда как человек если «и может действовать более глубоким образом на среду, то это скорее психически, чем телесно»55. Сложившейся системе, таким образом, не требуется какого-то дополнительного элемента для успешного функционирования - по крайней мере на данном этапе, который можно определить как подготовительный.
Скорее всего, «Башни Сатаны» непосредственно «вступят в действие» тогда, когда, пользуясь терминологией Генона, на смену стадии «извращения» окончательно придет стадия «разрушения»56. Возможно, именно на это намекает эзотерик, говоря в одном месте, что, «чтобы разрушение могло полностью совершиться, надо … , чтобы вмешалось нечто другое»57. «Тонкие низшие силы, которые призываются в этой второй фазе [“разрушения”], поистине могут быть квалифицированы как “разрушающие” силы со всех точек зрения»58, - подчеркивает традиционалист. На данном же этапе - подготовительном - «Башни Сатаны» своим присутствием - невидимым, но все же присутствием - лишь стимулируют процесс отклонения современного мира от норм традиционной цивилизации и самого Первоначала. Однако этот процесс, даже несмотря на то, что по мере приближения к концу цикла скорость событий в нем увеличивается59, что без особых усилий заметно в нашу эпоху, требует определенного - даже значительного - отрезка времени60, так что «разрушение» не придет на смену «извращению» в одночасье. Как бы то ни было, стадия явного проявления «Башен Сатаны» и превращения их во «врата ада» - Великие «врата ада», - на наш взгляд, будет свидетельствовать о наступлении последней битвы между силами «добра» и «зла» - Армагеддона.
В заключение данного пункта отметим, что несмотря на обилие в наших работах цитат Генона мы ни в коем случае не причисляем себя к традиционалистам. Даже более того, мы осознаем, что с точки зрения учения Генона сами с легкостью можем стать, мягко выражаясь, объектом для критики. Тем не менее, разработки французского философа представляются нам максимально объективными и точными для подведения теоретического базиса под наше исследование. Попутно заметим, что, по нашему искреннему убеждению, для того, чтобы быть «настоящим традиционалистом», необходимо вычеркнуть себя из современной цивилизации, или, как это определял сам «каирский отшельник», «отрешиться от земного существования»61. Впрочем, мы не собираемся судить, кто из ныне называющих себя «традиционалистами» ведом истинным традиционным духом, а кто - лишь «традиционалистским» духом62. Если уж на то пошло, мы ни в коей мере не осуждаем окружающую действительность - у нас нет на это права. Мы всего-навсего занимаемся демонами.

 

§ 6. Принципы построения отношений между человеком и демоном

Современный человек, в отличие от человека Традиции, Античности и Средневековья не только не видит демонов, но и не желает их видеть - можно констатировать, что спириты с успехом справились с возложенной на них задачей. Разумеется, в результате процессов «материализации» и «отвердения» для человека «исчезли» не только демоны: «В предшествующие эпохи, когда мир не был таким “твердым”, каким он стал сегодня, и когда телесная модальность и тонкие модальности индивидуальной сферы еще не были столь полно разделены, <...> ...человек видел мир не такими глазами, как сегодня, и воспринимал многие вещи, которые с тех пор полностью от него ускользают»63. Однако, одно дело - не видеть просто каких-либо вещей, а другое - не видеть опасность. В отличие от последователей авраамических религий, мы не можем категорически утверждать, что демон является «врагом человеческим», однако, приходится признать, что в подавляющем большинстве случаев контакты человека с демонами заканчиваются плачевно.
В общем виде «отношения» современного человека и демона можно рассортировать на несколько стадий. Опуская промежуточные ступени и возможные структурные ответвления, это:
- человек не верит в демонов;
- человек верит в демонов, но не верит, что они могут иметь власть над человеческим разумом;
- человек верит в воздействие демонов, но отрицает воздействие непосредственно на себя самого;
- человек знает об атаках со стороны демона, но уверен в полном контроле ситуации со своей стороны;
- человек осознает, что из-за демонического влияния не контролирует полностью ситуацию.
Как и в случае с нарко- и алкозависимыми больными, признание человека зависимым от демона является первым шагом к тому, что можно было бы назвать исцелением, если бы существовала уверенность в возможности полного разрыва человека и одержавшего его демона. Разумеется, в том случае, если человек хочет избавиться от «своего» демона. Сразу же следует подчеркнуть, что подружиться со «своим» демоном нельзя. Человек, утверждающий о «дружбе» со «своим» демоном как о форме разрешения «внутреннего конфликта», мягко выражаясь, лукавит. Демон - не то создание, которому нужны друзья. Ему нужны рабы, слуги, проводники и проч., но никак не друзья. Если у человека сложилось впечатление о «дружбе» со «своим» демоном, значит, он находится во власти иллюзии, привитой ему этим самым демоном. Чаще получается так, что когда человек наконец понимает, что демон ему вовсе не «друг», и что его просто используют как «врата ада», становится уже поздно, чтобы что-то менять.
Не существует какой бы то ни было методики полного избавления от демона (т. е. «изгнания») своими силами. За это, между прочим, косвенно свидетельствует хотя бы тот факт, что далеко не все святые христианской церкви могут похвастаться исцелением одержимых, а тем более значительного их числа. Если праведники, имеющие, как это полагается по крайней мере в теории, прямую связь со сверхиндивидуальным принципом («святым духом» в христианских терминах), не всегда в силах справится с демонами, что чего ждать от «простых смертных»? Поэтому в подавляющем большинстве случаев продолжительность противостояния демону, спора за свою жизнь измеряется длительностью последней. На каком-то этапе противоборства может сложиться впечатление, что в общем и целом техника «сопротивления» состоит в заключении некоего пакта между сторонами: человек обязуется предоставлять демону определенные услуги, демон же перестает терзать человека (по крайней мере постоянно), а то и отплачивает ему реализацией тех или иных его желаний и стремлений. Однако в итоге оказывается, что заключенное «перемирие» более чем хрупкое и уж тем более оно ничего не гарантирует, ибо инфернальной сущности «всегда мало». Жизнь с демоном - это непрерывная война, при должных усилиях сопротивляющегося иногда переходящая в «холодную» стадию, а порой и даже в некое подобие затишья - но неизменно возвращающаяся к прямым боевым действиям. На каждую разработанную технику сопротивления «демоническим чарам» тонкие силы низшего порядка неизменно отвечают новыми атаками, каждый раз нанося удар там, где их совершенно не ждут. Триумф кажущейся победы над демоном длится недолго - обычно он оборачивается горьким разочарованием, а то и потрясением.
Вдобавок ко всему, сопротивление человека демонам вызывает «сбои» в функционировании его организма, т. е., попросту говоря, болезни - как психические, так и физические. Расхожая истина «все болезни от нервов» имеет к этому непосредственное отношение, на что указывают и сами психиатры, если уж привлекать их свидетельства: «Подавление агрессии приводит к неврозам»64, - как известно, беспричинная агрессия является одним из главных признаков одержимости. Известную опасность представляет и практика, которую можно определить как «пассивное потворство» - она заключается в систематическом или вообще постоянном (что само по себе уже есть патология) прокручивании в голове сценариев желанного развития той или иной ситуации, способной, при здравом размышлении, привести к каким-либо негативным и даже критическим последствиям. Факт, что многократное воспаление воображения сценами навязываемого демоном насилия (не только физического, но и психического), эдакая «демоническая медитация», иллюзорно доставляющая удовлетворение, постепенно стирает границу между фантазией и реальностью, приводя в конечном итоге к практической реализации вожделенного поступка. Как об этом точно заметил Блэквуд: «Выношенный в душе замысел осуществляется, когда настает время, почти мгновенно. Желание, многократно исполнявшееся в воображении, осуществляется импульсивно, без каких бы то ни было раздумий или приготовлений, убийца оправдывает себя доводом: “Я просто не мог не исполнить задуманного, это было сильнее меня”»65.
Разумеется, оглашенный вердикт, что «сопротивление бесполезно», вовсе не означает, что его не надо оказывать. Если, конечно, одержимый сам не хочет пройти через все то, что уготовило ему инфернальное создание. Техника «сопротивления» демону в каждом отдельном случае индивидуальна, так как зависит от многих факторов. Привязанность к индивидуальности, от которой никуда не деться, проявляется уже хотя бы в том, что обращение к самому себе по имени - словно при общении с другим человеком - является первым этапом в противостоянии демону. Таким простым, казалось бы, способом, разделяются «объект» и «субъект» - ведь часто одержимый даже не понимает разницу между своими мыслями и словами демона. Правда что, дальше разделения своего «я» и «демона» данная методика, основанная, как это понятно, на принципе индивидуации, не идет. В этой связи, кстати, нам представляется не совсем корректной методика некоторых священнослужителей проводить массовый обряд экзорцизма (т. н. отчитки)66. Само же по себе чтение молитв во время христианского обряда экзорцизма связано именно с намерением сделать одержимого причастным к надындивидуальному состоянию бытия, в котором демон, понятное дело, не имеет силы и власти. Поэтому, несмотря на довольно низкую эффективность с практичной точки зрения этой техники, теоретически она полностью обоснована. Успех же ее, очевидно, зависит от уровня подготовки священнослужителя и, соответственно, его умения правильно молиться. Желанием оказаться быть причастным к надындивидуальному состоянию бытия на самом деле диктуется и решение одержимого (который, отметим еще раз, может и не догадываться о своем состоянии) принять ту или иную авраамическую религию - интуитивно он видит для себя спасение в этом. Теоретически это решение, опять же, обосновано, однако практически в лучшем случае оно способно принести облегчение лишь в некоторой степени, но никак не исцеление - как известно, демоны терзают даже монахов и монахинь.
Из общих положений методики «сопротивления» демону отметим еще, что демон, в принципе, способен «переключиться» с одного вида подношения на другой - например, с наркотиков на алкоголь. И наоборот67. Впрочем, данное положение правильнее было бы охарактеризовать не «сопротивлением», а лишь попыткой снизить оказываемое демоном давление. Подобный вид «договора» также совершенно ничего не гарантирует, что со всей ясностью проявляется в ситуации, когда чрезмерное превышение нормы подношения (попросту говоря, степени опьянения) отдает человека в полную власть демона, позволяя последнему в большей или меньшей степени реализовать свои низменные стремления в телесной сфере. Красноречивее же всего об отношении демонов к каким бы то ни было заключаемым пактам свидетельствует тот факт, что имеют место случаи, когда они добиваются требуемого им человеческого жертвоприношения под прикрытием не иначе как изгнания самих себя68.
Комментируя затронутые техники «сопротивления», нам хотелось бы обратить внимание, что демонология - это вовсе не экзорцизм, т. е. не изгнание бесов. В то же время было бы заблуждением сказать, что демонология - это теория, а экзорцизм - практика, хотя определенная доля истины в этом утверждении есть. Ритуалы экзорцизма действительно могут опираться на выкладки демонологов, однако демонология не ставит себе целью разработку подобных ритуалов.
Большая часть людей способна ощутить демона вблизи себя, что даже сегодня - из-за возросшей роли чувственной интуиции в «психофизиологической» конституции человека - не должно казаться странным (человек Традиции, что понятно, распознавал демона благодаря другим механизмам). Вне зависимости от стадии «отношений» человека и демона, первый так или иначе как-то реагирует на одержимого (состояние которого, подчеркнем, может вовсе и не проявляться достаточно очевидно - даже для него самого), находящегося в непосредственной близости от него. Возможно это и в случае лишь визуального «контакта», в том числе и на большом расстоянии - т. е. одержимого можно ощутить, увидев его на экране телевизора. Показательно, что этот принцип распространяется даже на скептиков - согласно Генону, «все то, что происходит из достаточно низкой области психики, тем самым вместе с собой привносит влияния, разлагающие и разрушающие равновесие, что значительно увеличивает опасность; и несомненно, именно поэтому те, кто этому не верит, испытывают, тем не менее, во многих случаях болезненное чувство, сравнимое с тем, которое производит даже на очень мало “сенситивных” людей присутствие тонких сил низшего порядка»69 (не можем не отметить, что данным замечанием Генон, фактически, перечеркивает свое цитировавшееся выше утверждение, согласно которому современный человек «не может испытать абсолютно ничего особого» в определенных местах).
Говоря же в общем: люди, чье душевное / психическое состояние может быть описано в том числе и как «состояние ожидания», - неважно, чего именно, главное, чтобы у них была не дающая покоя потребность свершения чего-то отличного от их нынешнего состояния, - чутко воспринимают демона, который, как преподносится их интуицией («принадлежащей исключительно сенситивному и “витальному” порядку»), может удовлетворить их потребность. Именно на этой особенности психики современного человека и базируется успех политиков, «пророков», «гуру» и проч. - последователи «медийной персоны» реагируют на обещания демона, которые озвучивает захваченный им их «предводитель». Попросту говоря, происходит соблазн. Здесь работает тот же механизм, что и в рекламе (подробнее об этом мы поговорим ниже). Распространяется этот принцип и на, что называется, бытовом уровне - «приковывает внимание», увы для многих, никак не сама личность, но тот, кто ею владеет. Когда о человеке говорят, что «люди тянутся к нему» или, как минимум, он «привлекает к себе внимание» - это довольно веский повод заподозрить его нахождение в состоянии одержимости - демоном или ангелом.

 

§ 7. Функции демонов

Как было отмечено выше, демоны последующих поколений, т. е. появившиеся уже после падения и никогда не бывшие ангелами, сами по себе лишены чистой интеллектуальной интуиции. В своей деятельности они руководствуются «демонической интуицией», или «темнейшим» инстинктом - эти «вторичные» демоны занимают подчиненное по отношению к «падшим ангелам» положение. Таков, надо полагать, общий принцип построения демонической иерархии, однако только им дело, разумеется, не ограничивается.
Несомненно, демоны, как большие знатоки человеческой психологии, могут управлять, пожалуй, и значительной группой людей, руководствуясь исключительно демонической интуицией, однако эффект от такого воздействия не будет носить какого-то долговременного и значительного характера - массовая паника, например, может являться результатом действия одного единственного демона, причем не такого уж и высокого ранга. Для изменения же хода человеческой истории, оставления в ней значительного следа посредством одного-единственного человека демону явно недостаточно лишь «темнейшего» инстинкта - без хотя бы остатков чистой интеллектуальной интуиции здесь, определенно, не обойтись.

 

§ 7.1. «Разделение труда» среди демонов в зависимости от их происхождения

В силу задействования чистой интеллектуальной интуиции, а также по той причине, что «падшие ангелы» для осуществления своих целей чаще всего взаимодействуют с людьми, все-таки обладающими «высокой духовной силой», свои отношения с ними верховные демоны чаще всего выстраивают по принципу obsessio («осада»), тогда как более низкие рангом демоны со своими «подопечными» - по принципу possessio («владение»). Впрочем, какого-то строгого «регламента» здесь нет, хотя достаточно очевидно и то, что к технике одержания possessio «падший ангел» прибегнет в каком-то особенно выдающемся случае, т. е. крайне редко.
«Рожденные» уже в аду демоны, как следует из сказанного, не исполняют какие-то существенные роли в «дьявольском промысле». С большой долей уверенности можно утверждать, что главными «объектами» их действия становятся люди, из которых можно «сгенерировать» дестабилизаторов человеческого общества - в том числе убийц. Достаточно очевидно и то, что за серийных и массовых убийц «отвечают» демоны рангом выше тех, что «генерируют» виновников бытовых убийств. Вторые вообще могут быть эдаким «побочным эффектом» демонической деятельности, реализуемым «заодно», «мимоходом», «случайно» и т. д., - в отличие от серийных и массовых убийц, над которыми демоны ведут определенную планомерную работу большего или меньшего объема.
В своих предыдущих исследованиях мы постоянно проводили мысль, что убийцы становятся таковыми, будучи одержанными демонами, поэтому не будем останавливаться на этой теме подробно. Весьма показательно, что даже «академисты» косвенно признают отсутствие «научного объяснения» способности человека совершить убийство. Юрий Антонян - известный российский специалист в области криминологии и криминальной психологии, основной разработчик проблем криминальной психиатрии, - т. е., человек, знакомый явно не с единичным случаем убийства, - констатирует: «Убийца является сам для себя главной загадкой в жизни, поскольку очень редко знает, почему так поступил, или, в его формулировке, почему это случилось с ним. В лучшем случае все сваливается на других, на неблагоприятные обстоятельства или просто отрицается своя вина. Нет смысла добиваться от него вразумительного и, тем более, развернутого ответа на главный вопрос, интересующий исследователя, - о причине совершенного убийства. Он ее просто не знает и в этом плане отнюдь не стремится что-то скрыть или кого-то обмануть. Напротив, он ожидает, что ему объяснят, по какой причине все так произошло»70.
В пользу гипотезы одержимости убийц в частности и лиц, ведущих криминальный образ жизни вообще, свидетельствует явление рецидива преступления. Даже не прибегая к стандартной в таких случаях помощи статистики, достаточно очевидно, что пенитенциарная система, какой бы эффективной или жесткой она ни была, совершенно не способна исправить особую категорию людей, которых «одержимыми» определяют даже те, кто не признает существование демонов: по освобождении такие личности рано или поздно (нередко - слишком рано) совершают преступление аналогичное тому, за которое были осуждены и отправлены в места лишения свободы. Даже педофилы, чье существования в подобных местах значительно осложняется, скажем так, из-за известной резко негативной оценки их пристрастий представителями (классического) уголовного мира, после выхода на свободу часто совершают такое же преступление, хотя, казалось бы, удручающие последствия этого шага должны их отпугивать. Правоохранительные органы при расследовании преступлений различного характера учитывают эффект одержимости в первую очередь - в том смысле, что на возможную причастность к этим преступлениям прежде всего проверяются лица, совершившие аналогичные преступления в прошлом. Особенно это касается случаев физического и сексуального насилия.
Стоит отметить, что, как показывает практика, иногда демоны не скрывают своего присутствия и даже своей непосредственной роли в совершении того или иного преступления. Откровенные жертвоприношения - не такая уж и редкость даже в категории бытовых убийств71, тем не менее, большая часть явных «демонических» убийств совершается, понятное дело, серийными и массовыми убийцами. Один из таких случаев - американский серийный убийца Дэвид «Сын Сэма» Берковиц, утверждавший, что совершал свои убийства (в 1976-177 годах он убил шестерых и ранил семерых) по приказанию «древнего демона», вселившегося в собаку его соседа. И хотя впоследствии он отрекся от версии «одержимости», якобы встав на путь христианского исправления, его история является классическим случаем обсессии (obsessio). При этом, несмотря на то, что сам Берковиц называл «своего» демона «верховным», крайне сомнительно, что в действительности тот обладал высоким рангом, особенно учитывая личность самого убийцы и его совершенно непродуманную манеру совершения преступлений. Низшие демоны всегда завышают свой уровень в иерархии, однако их деяния характеризуют их гораздо точнее, нежели слова. Другой пример - американский же серийный убийца Ричард «Ночной сталкер» Рамирез, в 1984-1985 годах убивший 14 человек. Он утверждал о своей приверженности сатанизму и называл себя одержимым, но о демоне своем, впрочем, ничего конкретного не сообщал - его громкие заявления вроде «Люцифер обитает внутри каждого из нас»72 не стоит расценивать как заслуживающие хрестоматизации показания. Убивший в период с 1989 по 1996 год 52 человека украинский серийный и массовый убийца Анатолий «Терминатор» Оноприенко также заявлял, что совершал свои убийства по принуждению «голосов» - на предварительном следствии убийца сообщил следователям, что им руководили не иначе как «небесные силы»73. Однако позже раскрылось, что эти «свидетельства» были частью тактики, направленной убийцей на недопущение вынесения ему смертного приговора. Несмотря на то, что подобные отречения вовсе не перечеркивают сам факт одержимости убийц демонами, к сожалению, что касается деталей, на свидетельства преступников об их «контактах» с инфернальными сущностями особенно полагаться не приходится.
Прежде чем двигаться дальше, нам хотелось бы сделать замечание о неоднократно упоминавшейся мании демонов, вселившихся в людей, при общении со свидетелями называть себя именами высших демонов. Несомненно, это, что называется, бравада, однако она может иметь под собой некоторую основу в том смысле, что демон, именующий себя «Люцифером», может принадлежать к «потомству» Люцифера, и тем самым он не так уж и извращает истину, называя себя его именем. Говоря о первом «потомстве» «падших ангелов», которые, как известно, были бесполыми, следует, скорее всего, подразумевать не что иное, как их попытку подражания творцу, т. е. стремление создать существ по своему образу и подобию74. Вопрос о том, насколько удачной оказалась эта попытка, мы не рассматриваем. Тем не менее, если проводить затронутую аналогию дальше, то очевидно, что как и люди, «вторичные» демоны «первого поколения» уже были наделены полом, и дальнейшее увеличение популяции демонов происходило «естественным путем». (Мы не будем сейчас обсуждать, как бесполые «падшие ангелы» смогли создать разделяемых по полу демонов, не имея для этого в себе соответствующего «образа и подобия»; в любом случае, как нам представляется, в данном вопросе сначала следует разобраться с проблемой пола творца, создавшего людей двух полов по своему «образу и подобию».) Впрочем, эта гипотеза порождения новых поколений демонов актуальна лишь в случае их «гуманизации», т. е. наделения их человеческими чертами. Мы не можем утверждать, насколько эта версия правомочна, однако несомненно, что, как бы ни обстояли дела на самом деле, версия о творении «падшими ангелами» по крайней мере «первого поколения» демонов не лишена структурной логики. Не исключено даже, что посредством этого акта генерации демоны последующих поколений оказались связаны со своими «прародителями» нитями тонкого характера, и, таким образом, они все-таки могут быть причастны к той чистой интеллектуальной интуиции, остатками которой обладают «падшие ангелы», и, стало быть, они имеют определенное право называть себя именами верховных демонов.
Что касается активности в телесном мире, то собственно «падшие ангелы» занимаются личностями, способными оказать достаточное масштабное влияние по крайней мере в пределах одной страны - в текущую эпоху это в основном люди, имеющие отношение к политике. Самый известный случай с данной позиции - Адольф Гитлер. О его одержимости демоном высокого ранга говорилось предостаточно исследователями разной степени серьезности и вменяемости. И хотя все эти «демонические версии»75 порождаются, по большому счету, исключительно желанием хоть как-то мотивировать неподдающееся человеческой логике поведение Гитлера, они не так уж и бредовы хотя бы потому, что определяют Гитлера не иначе как медиумом. В этой связи представляется довольно примечательным, что немецкий психоаналитик Эрих Фромм вывел у Гитлера т. н. «некрофильский характер». В его интерпретации это нечто гораздо большее, нежели просто сексуальное влечение к мертвым телам: «Некрофилия в характерологическом смысле может быть описана как страстное влечение ко всему мертвому, разлагающемуся, гниющему, нездоровому. Это страсть делать живое неживым, разрушать во имя одного лишь разрушения. Это повышенный интерес ко всему чисто механическому. Это стремление расчленять живые структуры»76. Не концентрируя внимание на термине «некрофилия», отметим, что нарисованный Фроммом портрет больше изображает даже не одержимого, но самого демона.

 

§ 7.2. Демон Сократа, сны Декарта и Айвасс

Ошибочно было бы полагать, что только политики задавали и задают ход развития истории человечества. Огромную роль в определении направления социальных и прочих процессов играют философы (в настоящее время, правда, в гораздо меньшей степени, нежели, скажем, во времена Античности), которые полагаются уже автоматически - из-за своей работы на какую бы то ни было идею, - связанными с существами, не принадлежащими человеческому миру. Пожалуй, с интересующей нас точки зрения философы гораздо важнее банальных политиков, ведь именно благодаря им, как мы отметили выше, человек оказался должным образом подготовлен для того, чтобы стать лидирующим носителем не самого почетного титула «врата ада».
Весьма показательно, что Сократ - мыслитель, которого принято называть «первым философом» в собственном смысле этого слова, и даже более того, рационалистически ориентированная философия которого дает повод с соответствующими оговорками называть его «отцом рационализма», - имел своего личного демона (даймона - ). Согласно Платону («Апология Сократа»), сам Сократ определял своего демона как «внутренний голос»: «Началось у меня это с детства: возникает какой-то голос, который всякий раз отклоняет меня от того, что я бываю намерен делать, а склонять к чему-нибудь никогда не склоняет»77, и далее: «...Все время обычный для меня вещий голос слышался мне постоянно и удерживал меня даже в маловажных случаях, если я намеревался сделать что-нибудь неправильно»78. Плутарх уделил демону Сократа большее внимание, посвятив ему отдельную работу, которая так и называется - «О демоне Сократа». Согласно свидетельству Плутарха, «демон Сократа явил ему некий руководящий жизненный образ, “всюду предтекший ему, подававший совет и могучесть”, в делах неясных и недоступных человеческому разумению: в этих случаях демон часто вступал в собеседование с Сократом, сообщая божественное участие его намерениям»79. В известной анекдотичной истории об избавлении Сократа от встречи с «тесно сплоченным стадом покрытых грязью свиней» кратко описывается состояние философа, в котором тот получал наставления от своего демона: «Вдруг он [Сократ] остановился и так оставался некоторое время погруженным в себя»80. Плутарх же озвучил и, судя по всему, сам придерживался той версии, что демон Сократа на самом деле ничего ему не говорил в прямом смысле слова - просто мыслитель так или иначе чувствовал, как нужно действовать в той или иной ситуации, однако для окружающих транслировал это так, будто демон говорил с ним81. Платоник Апулей также посвятил демону Сократа отдельную работу - «О божестве Сократа» («De deo Socratis»). Термин «божество» (лат. deus) не должен вводить в заблуждение - это более или менее условный перевод названия сущности, которая по-гречески и определялась как «демон» (дошедшие до наших времен труды Апулея написаны на латинском, при этом, что интересно, «О божестве Сократа» считается единственной сохранившейся работой писателя на философскую тему). Апулей называет демона («стража») Сократа «Ларом Сожителем»82, поясняя этот термин: «Второй вид демонов - это человеческие души, когда, после уплаты долгов жизни, они отреклись от своего тела. Я нашел, что их на древнем латинском языке называли Лемурами. Из этих Лемуров тот, кто заботится о своих потомках и владеет домом как мирное и безобидное божество, называется Ларом Семейным»83. По Апулею выходит, что «голос», который наставлял Сократа, вовсе не обязательно был «внутренним»84, и даже более того, Сократ мог лицезреть своего демона воочию85, однако более чем очевидно, что эта версия не является полноценным свидетельством, но идеалистическим толкованием, причем выдержанном явно в восторженной манере, далекой от объективности, потому едва ли ее можно рассматривать серьезно.
Признаемся, нам затруднительно ответить на вопрос, к какой категории принадлежал случай демона Сократа - possessio или obsessio. И эта проблема не снимается даже в том случае, если Сократа направлял не, как полагаем мы, «падший ангел», но, согласно общепризнанной версии, подлинный ангел. Как бы то ни было, наставник, аналогичный демону Сократа, наличествует у многих людей (не только философов), однако они, в отличие от Сократа, не всегда осознают, что к улавливаемому в большей или меньшей степени «внутреннему голосу» не мешает прислушиваться, и даже более того, воспринимать его как речь иного существа. Впрочем, затронутой крайне важной проблеме идентификации собственного демона (ангела-хранителя) мы сейчас не можем уделить внимание.
На другой уместный вопрос - почему демон, собственно, допустил смерть философа? - можно предоставить довольно определенный ответ. Как нам видится, сложившаяся ситуация объясняется тем, что «падший ангел» - как существо предвечное - прогнозирует свои действия на несколько (человеческих) эпох вперед, в связи с чем ему необходимо, фигурально выражаясь, обессмертить свое творение, если на это самое творение возлагаются далеко идущие задачи. Стал бы Сократ для человечества тем, кем он является сейчас, без своей христоматийной, скажем так, смерти? Может быть, и стал, но демон должен был сработать наверняка - и жертвой человеческой жизни он обессмертил имя философа для людей, тем самым прочно утвердив в мыслительной сфере его идеи, через века в итоге и обратившиеся в современную философию, которую тот же Генон, естественно, беспощадно критиковал86. Попросту говоря, проводимая через эпохи «контртрадицией» замена традиционной точки зрения «профанным» мышлением, регресс и деградация человеческого интеллекта должны были иметь какую-то отправную точку, и т. н. «этический рационализм» Сократа именно ей и стал. С приверженности Сократа рациональному мышлению и началось явное «разложение», именно от этого толчка традиционная философия в человеческих руках (точнее, разумах) в итоге и «скатилась» до чистого материализма. Расчетом демона Сократа оказать влияние на последующие поколения мыслителей объясняется и его не характерная для демонов манера влияния на своего «подопечного»: он исключительно «отклонял» и никогда не «склонял» (чем обычно демоны и занимаются) Сократа87, тем самым предусмотрительно избавив философа от ставшего в последующие века позорным ярлыка «одержимый». Несомненно, имя Сократа не оказало бы такого влияния на философскую мысль, если бы его расценивали как «одержимого философа», а то и вовсе как «шизофреника».
Согласно академической истории, непосредственный «отец рационализма» Рене Декарт не обладал собственным демоном подобно Сократу. Однако ему снились удивительные сны, по оказанному ими воздействию в итоге приравнявшиеся демоническому наставлению, так что в пору задаться вопросом: не направлялся ли Декарт в своих поисках «истины» демоном, который, в отличие от демона Сократа - если это был другой демон, - счел необходимым завуалировать свое присутствие? Или, если это был тот же демон, решил использовать иную тактику «программирования» мыслителя? В ночь с 10 на 11 ноября 1619 года философ увидел серию из трех снов, на основе расшифрованного символизма которых он и разработал собственный универсальный метод дедуктивных рассуждений, применимый ко всем наукам, - на этом методе и построена философия рационализма. Мария-Луиза фон Франц, единомышленница и ближайшая коллега Юнга, в своей работе «Сновидения» (Träume) подробно разобравшая с позиции психоанализа знаменитые сновидения Декарта, предварила исследование небольшой справкой: «Декарт увидел их, задремав в печи [sic] в Ульме, приблизительно во время начала (шел первый год) Тридцатилетней войны. Эти сновидения показались ему настолько значительными, что он опубликовал их в одной из работ под названием “Olympica”, упоминая в ней о том, что откровения, полученные им, были посланы явно не Богом христиан. Лейбниц впоследствии забавлялся, отмечая “химерический” характер этого труда. Несмотря на то, что до нас он не дошел, содержание его сохранилось благодаря биографу Декарта Адриану Байе»88. Собственно содержание снов в данном случае нас не интересует, хотя мы не можем не отметить их тревожную и даже мрачную атмосферу89. Куда большее значение имеют два упомянутых фон Франц обстоятельства.
Во-первых, то, что революционной идеей Декарта одарила некая сущность трансцендентного порядка. При этом процитированное в некоторой степени радикальное определение «явно не Бог христиан» не стоит понимать, как бы нам этого ни хотелось, как прямое указание на демоническую сущность, ибо это всего лишь результат не очень корректного перевода. Дословно в оригинальном тексте фон Франц значится следующее: «Этим заголовком [Olympica] он [Декарт] дал понять, что он его [сновидение] воспринял как “пришедшее свыше” - однако очевидно, что не от христианского бога» (Mit diesem Titel [Olympica] deutete er [Descartes] an, daß er ihn [den Traum] als “von oben kommend” empfand - aber offenbar nicht vom Gott der Christenheit)90. Действительно, далее по тексту при цитировании фон Франц биографической работы Байе никакого «антихристианского следа» не прослеживается: сначала речь идет о трех снах, которые, по мнению Декарта, «были вызваны влиянием высших сил»91, далее философ «осмелился поверить, что сновидение в действительности было послано ему духом истины, который вознамерился через эти сны раскрыть перед ним сокровищницу всех наук»92. Следует обратить внимание и на то обстоятельство, что противопоставление источника вдохновления Декарта и христианского бога - это все-таки инициатива самой фон Франц, которую мы, понятное дело, не можем приобщить к делу. Впрочем, при всем при этом не все так плохо с позиции нашей теории. Прямое указание Декартом на Олимп (Olympica - лат. Олимпийская) - священную гору в древнегреческой мифологии, на которой пребывали боги во главе с Зевсом, - позволяет предположить, что философ увидел в «духе истине» именно даймона - по аналогии все с тем же демоном Сократа. Но кто мог в реальности быть этим «посредником между богами и людьми», мы уже показали. Учитывая значение для всего человечества дара этой сущности Декарту, довольно уверенно можно заключить, что это был именно «падший ангел», т. е. демон высокой иерархии, поставивший перед собой масштабную задачу обратить человечество в универсальный комплект разных по размерам и степени работоспособности «врат ада». Вот уж, действительно, «сон разума рождает чудовищ», как объявил Гойя. Впрочем, чудовищ только с точки зрения Традиции.
Второе крайне важное упомянутое фон Франц обстоятельство - исчезновение с ходом времени оригинального произведения Olympica, в котором приснившиеся образы описываются самим сновидцем. Подобный оборот дел можно расценить, не побоимся этого термина, и как «заметание следов» (в то время как, отметим попутно, ситуацию с сохранением единственного философского сочинения Апулея, в котором демон Сократа представлялся в как нельзя более благообразном виде - «наставлением на ложный след»). Вырисовывается довольно внятная конспирологическая гипотеза: с позиции противостояния Традиции и антитрадиции главное здесь именно то, что «следы заметались», а кем это совершалось, не столь уж и принципиально - одарившим ли Декарта снами «духом истины», самим ли философом, или же каким-то третьим лицом / лицами, так или иначе связанными с Декартом или «духом истины» - т. е., по уже цитировавшемуся нами в применении к спиритам определению Генона, «человеческими субъектами действия, через которых исполняется антитрадиционная деятельность».
Знаменателен и тот факт, что в итоговом произведении, в котором обобщается и формулируется философская система, к созданию которой мыслителя подтолкнули эти сновидения - в «Рассуждении о методе» - Декарт обходит стороной вопрос, как именно он пришел к своему методу, отделываясь лишь общими замечаниями: «Однако не побоюсь сказать, что я имел, по моему мнению, счастье с юности попасть на некоторые пути, которые привели меня к соображениям и правилам, позволившим мне составить метод, с помощью которого я могу, как мне кажется, постепенно увеличивать мои знания и довести их мало-помалу до высшей степени, которую позволяет достигнуть посредственность моего ума и краткий срок жизни. С помощью этого метода я собрал уже многие плоды, хотя в суждении о самом себе стараюсь склоняться более к недоверию, чем к самомнению»93. В его изложении событий в Ульме спустя восемнадцать лет сновидения даже не упоминаются: «Я находился тогда в Германии, где оказался в связи с войной, не кончившейся там и доныне. Когда я возвращался с коронации императора в армию, начавшаяся зима остановила меня на одной из стоянок, где я, не имея никаких развлекающих меня собеседников и, кроме того, не тревожимый, по счастью, никакими заботами и страстями, оставался целый день один в теплой комнате, имея полный досуг предаваться размышлениям. Среди них первым было соображение о том, что...»94 и т. д. - все, никаких «чудесных снов».
При всем при этом свое фундаментальное положение «я мыслю, следовательно, я существую» Декарт получает в рассуждении, исходной точкой которого является именно сновидение: «...Принимая во внимание, что любое представление, которое мы имеем в бодрствующем состоянии, может явиться нам и во сне, не будучи действительностью, я решился представить себе, что все, когда-либо приходившее мне на ум, не более истинно, чем видения моих снов. Но я тотчас обратил внимание на то, что в то самое время, когда я склонялся к мысли об иллюзорности всего на свете, было необходимо, чтобы я сам, таким образом рассуждающий, действительно существовал. И заметив, что истина: я мыслю, следовательно, я существую, так тверда и верна, что самые сумасбродные предположения скептиков не могут ее поколебать, я заключил, что могу без опасений принять ее за первый принцип искомой мною философии»95. Единственное место, в котором Декарт «пробалтывается», косвенно намекая, что свой метод он открыл во сне, - это когда он пытается убедить своих читателей (и, очевидно, себя самого), что сделанное во сне умственное заключение вовсе не является ложным из-за не подконтрольной разуму сферы своего происхождения: «...Сновидения нисколько не должны заставлять нас сомневаться в истине мыслей, которые мы имеем наяву. Если и случилось, что и во сне пришли вполне отчетливые мысли, например геометр нашел новое доказательство, то его сон не мешал бы этому доказательству быть верным»96.
Итак, философия рационализма была предоставлена Декарту некоторой трансцендентной сущностью - с высокой долей вероятности того, что это был именно демон, - философ же, пройдя со временем стадию восторга первооткрывателя, постарался если не утаить, то, по крайней мере, завуалировать факт «иррационального» способа обретения своего метода (даже более того, как мы указывали выше, постулатами своей философии Декарт отказал в существовании ангелам, демонам и другим внетелесным созданиям). Пожалуй, на том этапе развития человечества, который застал Декарт, в этом был определенный резон - не стоило «отпугивать» людей от рационализма его «демоническим происхождением». С ходом же времени, когда «деградация» чувственного мира уверенно вступила в последнюю стадию или близкую к таковой, утаивать этот факт уже не было смысла - этим, в частности, и объясняются многочисленные переиздания «Жизни господина Декарта» Байе в недавнее время: в 1992 году (La Table Ronde), в 2010 году (Slatkine Reprints) и в 2012 году (Éditions des Malassis).
Примечательно, что, согласно одной из гипотез, нашедший свою смерть при дворе шведской королевы Кристины Декарт был отравлен мышьяком. Сократ, что известно доподлинно, яд цикуты выпил сам. Признаем, что у нас слишком мало «улик», чтобы говорить о «почерке убийцы», т. е. демона, выдающем его в обоих случаях. Тем не менее позволим себе ряд замечаний по этой теме. Если мы говорим о ядах, то в ассоциативном ряде сразу предстает сохранивший после падения свое имя демон Самаэль. Французский оккультист Жюль Лермина, в числе других «эзотериков» пытавшийся истолковать каббалу на европейский лад, понимал Самаэля как «ангела яда и смерти»97, поводом для чего, собственно, служило само имя демона, переводящееся с древнееврейского как «Яд Бога» (). Однако куда интереснее этого несколько размытого соответствия приведенное Гершомом Шолемом свидетельство, согласно которому мистики-каббалисты XV века, подвергшие кардинальной ревизии религиозные идеалы еврейского народа, заклеймили труды предшествовавших им еврейских философов не иначе как «сатанинскими книгами»98, принадлежащих «дьяволу Саммаэлю и его заместителю Аону из Но»99. При этом в «вину» им ставилось, как следует из несколько поэтизированной историографической зарисовки Шолема, в том числе и пребывание под влиянием Аристотеля, который «в еврейском понимании был воплощением сущности рационализма»100. Историк еврейского мистицизма также приводит мнение автора Зохара (несмотря на существование ряда версий о создателе этого каббалистического труда, Шолем избегает приписывать его конкретной исторической личности), согласно которому «искра Божьей жизни горит даже в Саммаэле, олицетворении зла, “другой” или “левой стороны”»101. «Искра Божьей жизни», или «искра Божественного света», как мы отмечали выше, есть не что иное, как чистая интеллектуальная интуиция. Об этом на свой лад говорит и Генон: «...Если Mikaël отождествляется с Metatron, … он однако представляет только один его аспект. Рядом со светоносным ликом есть лик темный, который представлен Samaël, называемым одновременно Sâr ha-ôlam [Князь Мира]»102. Напрашивающийся вывод, собственно, не совсем корректен ввиду смешивания положений еврейской мистики и западной демонологии, хотя последняя и позаимствовала кое-что из первой, тем не менее: Самаэль - «Яд Бога» - как «падший ангел» причастен к чистой интеллектуальной интуиции, пишет книги за философов, проталкивая в жизнь через них идеи рационализма, отравляющего духовную жизнь человека, и имеет непосредственное отношение к материальным ядам - данные, с позволения сказать, «улики» отвергнет любой суд, однако, по крайней мере, они дают предпосылки к формированию версии о причастности этого демона к судьбам Сократа и Декарта (а также, вполне возможно, Аристотеля и еще великого множества других мыслителей разных эпох) и более детальному ее рассмотрению.
И, наконец, третий случай. Айвасс, продиктовавший Алистеру Кроули его знаменитую Liber Legis, «Книгу закона» - самый известный неприкрытый «демонический» наставник. И хотя, разумеется, масштаб философии Кроули более чем уступает влиянию, оказанному Сократом или Декартом на функционирование человеческого общества, тем не менее, его значительный вклад в развитие процесса «разложения» не подлежит сомнению - в частности, помимо проповедования собственного явно «контринициационного» учения, а также обширной деятельности в сфере популяризации «контртрадиционного» оккультизма, с определенной степенью уверенности Кроули можно назвать и предтечей либертарианцев, довольно успешно добивающих, как это представляется, остатки традиционного общества в современном мире. Достаточно очевидно, что Айвасс (сомнительно, кстати, что это настоящее имя демона) занимает в иерархии ранг ниже демона Сократа. Кроули, как известно, выдвигал несколько версий, кем был Айвасс, в том числе и ту, что это был его ангел-хранитель103, однако не надо быть даже приверженцем христианства, чтобы усомниться в вероятности причастности подлинного ангела к созданию «Книги закона», по своему содержанию, несомненно, богохульной с точки зрения последователей традиционных религий. Британский романист Мартин Бут, написавший биографию Кроули104, более или менее уверенно подытожил суть Айвасса: «Говоря кратко, Ангел-хранитель Кроули был, судя по всему, не кем иным, как посланником самого дьявола, и Кроули, кажется, признавал это»105. Отметим, что «взаимоотношения» Кроули и Айвасса представляют собой более определенную картину - это скорее obsessio, нежели possessio.
Однако Сократ и Кроули - это, разумеется, явные случаи, в которых демоны по тем или иным причинам не посчитали нужным скрывать свое присутствие и воздействие на человека. Признаться, мы не можем (пока, во всяком случае) предложить каких либо стройных версий, почему в отдельных случаях демоны саморазоблачаются или, как минимум, не препятствуют своему раскрытию. В подавляющем же большинстве случаев о демоническом воздействии на того или иного общественного или политического деятеля, равно как и мыслителя или того, кто претендует им быть, приходится только догадываться, опираясь на его заявления или поступки106. Действительно, возможно существование ситуаций, в которых наличие «демонических инфлюэнций» в деятельности определенной персоны более чем явно, тем не менее, речи о демонах - а тем более об их именах и других атрибутах, - никогда не заводится, во всяком случае, в публичной сфере - взять хотя бы многочисленных «диктаторов» за всю человеческую историю (например, император Центрально-африканской Империи Жан-Бедель Бокасса со своим пристрастием к каннибализму явно был одержимым).
То же самое, кстати, применимо и к влиянию ангелов: в частности, более чем очевидно, что Рене Генон был «руководим» ангелом крайне высокого уровня - невозможно представить, чтобы тот объем сведений, связанный с самой что ни на есть чистой интеллектуальной интуицией, был предоставлен ему другим человеком или, что уж совсем сомнительно, был обнаружен им в каких-то материальных носителях информации вроде гримуаров или свитков, - однако данная ситуация никогда не становилась объектом публичного дискурса.

 

§ 7.3. Некоторые замечания о функциях демонов

На ход современной человеческой истории очевидное влияние оказывают представители современной науки, или, следуя букве Генона, «профанной» науки. Французский традиционалист недвусмысленно указывал, что делают они это не иначе как «бессознательным образом, так как очевидно, что современные “ученые” никоим образом не подозревают, что они делают»107. Следуя логике Генона, достаточно очевидно, что современные ученые в конечном итоге работают непосредственно на «контртрадицию»: применение «профанной» науки «не может дать ничего иного, кроме современной промышленности»108, последняя же является несомненным следствием / признаком / проявлением «отвердения» мира. Фактически, у современного ученого нет никакого выбора: «Само собою разумеется, что ученый, в современном смысле этого слова, даже если он не разделяет материалистического убеждения, тем сильнее будет под его влиянием, что все его образование направляет его по этому пути; и даже если этот ученый, как это иногда бывает, считает себя не чуждым “религиозного духа”, то он все равно найдет средство столь полно разделить свою религию и свою научную деятельность, что его работа не будет отличаться ничем от работы самого отъявленного материалиста, и он таким образом сыграет свою роль так же хорошо, как и тот, в “прогрессивном” построении науки, исключительно количественной и самой грубо материалистической, какую только можно себе вообразить; и, таким образом антитрадиционное действие ставит себе на службу даже тех, кто должен быть, напротив, по логике вещей его противниками, поскольку отклонение современного менталитета произвело таких существ, которые полны противоречий и даже не способны заметить этого»109.
Занимательный аспект взаимоотношений демонов и людей являют собой представители верхушки иерархии преступного мира. Впрочем, на наш взгляд, в данном случае нельзя безоговорочно утверждать, что все без исключения «боссы мафии» руководятся или хотя бы контролируются «падшими ангелами», хотя о главарях крупных наркокартелей, по вполне определенным причинам, так можно сказать с большей уверенностью. Признаем, однако, что нам не очень интересно рассматривать этот случай, поэтому мы оставим его, ограничившись лишь коротким замечанием.
Косвенным, тем не менее довольно явным признаком связи политиков, философов и ученых с «демоническим миром» служит их проявляющееся в той или иной степени увлечение спиритизмом, ибо несомненно, что «предвзятые идеи» спиритов «обрабатываются для того, чтобы служить инструментом и пассивной “поддержкой” определенных влияний, принадлежащих ко “дну” тонкого мира, влияний, которые они повсюду вместе с собою “перемещают” и не преминут опасно заразить ими всех тех, ученых и всяких других, кто вступает с ними в контакт и кто в силу своего незнания о том, что содержится в глубине всего этого, не способен защищаться от этого»110. Впрочем, несмотря на то, что течение спиритов существует до сих пор, оно, определенно, «вышло из моды», больше не привлекая к себе представителей интеллигенции и элиты, как это было во второй половине XIX века или после Первой мировой войны, когда произошел второй всплеск популярности спиритизма. Разумеется, уход со сцены спиритического учения вовсе не означает, что у демонов пропала возможность овладевать умами людей - как мы показали ранее, «криминальные эпидемии»111 довольно явственно свидетельствуют о том, что демоны могут получить власть над людьми и без прикрытия каким-то «псевдодуховным» учением.
Что гораздо более определенно можно сказать по затронутой теме, так это то, что одним из признаков нахождения того или иного деятеля - равно как и преступника, и в особенности убийцы, - под демоническим воздействием, являются проявляемые этой личностью какие-либо творческие наклонности, будь то литературное творчество, сочинение музыки или рисование. Однако это тема для обширного разговора, поэтому не будем останавливаться на ней.

 

§ 8. Приспособление демонов к современным условиям

Мы постоянно подчеркиваем, что степень проникновения демонов в человеческую жизнь является чрезмерно высокой, однако переход от общих утверждений к конкретным обстоятельствам и ситуациям - по крайней мере, некоторым, - сделает это утверждение наглядным (не сводится же все к серийным убийцам).
Политика, которая, как разъяснялось выше, является сферой деятельности в основном «падших ангелов», «привлекает» демонов не только возможностью направления различных процессов человеческого общества в угодном им направлении в рамках осуществления стадии «извращения» посредством одержания выборочных представителей элиты, но и непосредственным «взаимодействием» собственно с массами. Выборы, референдумы, перепись населения, мобилизация и прочие массовые мероприятия, связанные не столько с составлением списков людей, сколько в буквальном смысле перебором индивидуумов - «человеческих единиц», - являются прекрасной возможностью контролировать население не только для правительств стран или хотя бы локальных населенных пунктов, но и для представителей самой низшей тонкой сферы. Демоны нашли себе место не только, как разъяснялось ранее, в материальных машинах, но и в неосязаемой статистике, господство которой в современной цивилизации прямым образом свидетельствует о торжестве количественной оценки над качественной112. Статистика констатирует разрыв связи человека со сверхиндивидуальным интеллектом - где, как ни здесь устраивать демонам свои «обиталища» и «пастбища».
Отметим попутно, что такие черты человеческого характера, как склонность или даже стремление к систематизации, ведению статистики можно рассматривать порой и как повод для подозрений в одержимости. Естественно, это не означает, что занимающийся статистикой человек является одержимым, тем более в эпоху «отвердения» мира для нормального функционирования в сложившемся обществе человеку волей-неволей приходится постоянно отдавать должное систематизации и регламентированию. Однако, такой человек скорее может попасть под влияние демона, нежели чуждый «бухгалтерских» наклонностей - не зря среди обычных людей «счетоводы» часто клеймятся «черствыми» и «сухими». Традиционный порядок, отметим, - тот, который нормировал жизнь и функционирование традиционного общества, - не имеет ничего общего с царствующим в современном мире «бухгалтерским» порядком, ибо по своей сути он был качественным. Т. е. порядок был всегда - изменилась его суть.
Это может показаться странным, но демоническое влияние с легкостью можно выявить и в сфере, прямо противоположной «бездушной» статистике (учитывая все вышесказанное о статистике и ее месте в телесном мире, пожалуй, она действительно заслуживает определения «бездушной»). А именно - в человеческой мечте.
Сказать по правде, мы не утруждали себя мониторингом информации, чем с точки зрения современных ученых и других категорий специалистов является мечта, хотя некоторые из их откровений при взгляде с должной позиции и способны указать направление, в котором следует искать (или, наоборот - не искать) решение поставленной проблемы. Мы просто предполагаем, что мечта есть не что иное, как дар демона. Т. е., конкретизируя только что сделанное замечание, в случае мечты психологи должны говорить, очевидно, об «определенных процессах» в подсознании. Навязчивая идея, idée fixe, мания и проч., которые являются очевидной формой одержимости (по крайней мере, с точки зрения психиатрии), есть не что иное, как крайний - предельный случай мечты. Несмотря на то, что при разборе вопроса, насколько человек преуспеет в реализации «своей» мечты, демоническое давление необходимо учитывать в первую очередь, тем не менее, достаточно очевидно, что конечный результат реализации мечты зависит исключительно от самого человека. Демоническое давление демоническим давлением, однако вовсе не демон несет ответственность за то, что, пребывая под этим давлением, один человек начинает работать более активно (с успехом или без - это уже другой вопрос), а другой совершает самоубийство. Или тихо спивается - что, фактически, одно и то же.
Кстати, ответ на вопрос, почему в алкогольном или наркотическом опьянении человек так склонен погружаться в грезы, лежит на поверхности: потому что эти состояния являются самой настоящей церемонией поднесения «невинных» даров демону (мы упоминали о них немного ранее), и именно в этом состоянии человек получает ответные блаженные подаяния от демона - иллюзии, - которые рассеиваются в пыль, когда проходит состояние опьянения.
Вообще, терпение - черта, не свойственная демонам. Именно поэтому одержанные в той или иной степени люди постоянно проявляют признаки нетерпения. Однако законы жизни таковы, что для осуществления подавляющего большинства целеустремлений необходимо ждать. Собственно, многие люди и «сходят с дистанции» именно из-за неспособности проявить терпение - им нужно «все и сразу». В этом заключается некий парадокс одержимости: демон требует от человека осуществить то или иное деяние, однако демоническое «любой ценой» никак не распространяется на время, при том, что демоны, как уже отмечалось, существа практически предвечные, и, казалось бы, ожидание даже в пределах длительности человеческой жизни для них ничего не должно стоить. Возможно, впрочем, все дело в ранге демона: занимающий низкое положение в демонической иерархии демон не способен на терпение, тогда как демон высокого ранга, не говоря уже о «падшем ангеле», может позволить себе длительное ожидание. Но это вопрос из другой области.
Из всего вышесказанного следует, что жертвование чем-то или кем-то во имя осуществления «своей» мечты, определенно, стоит расценивать в прямом смысле этого слова - именно как жертвоприношение - демону мечты. С этой позиции, между прочим, призывы представителей властей, равно как и лиц, именующих себя патриотами, не щадить своих жизней «во благо отечества», наперебой озвучиваемые в «трудные для родины часы», в известной степени являются этапом подготовки жертвоприношения - донельзя закамуфлированного возвышенными целями и, несомненно, исключительно «благими намерениями», тем не менее - несомненного кровавого жертвоприношения.
Обращает на себя внимание и тот факт, что современная реклама, - являющаяся основным средством управления потребительскими наклонностями обитателей «отвердевшего» мира, пропитанного «инфрателесными» тонкими влияниями, - очень часто апеллирует именно к мечте человека - низведенного до статуса потребителя. «Демонический» аспект рекламы достаточно очевидно проявляется в том, что редко когда потребители, соблазненные демонстрируемым им на фотографии или в ролике видом преисполненных счастья обладателей навязываемого товара или услуги, становятся такими же счастливыми, приобретая данный товар. Иначе и быть не может, ибо запечатленные улыбки и смех принадлежат даже не актерам и моделям, но именно демонам. Так же, как и мечты.
В неизменном «сексуальном аспекте» рекламы, кстати, тоже можно увидеть ее «демоническое» происхождение, напрямую связанное с затронутыми ранее в другом ракурсе «самыми темными силами инстинкта и чувствования». Современную рекламу невозможно представить без эксплуатирования сексуальной темы - как явного, так и скрытого. Тот же «демон движения» Грабинского активно использует «сексуальный аспект»: производители рекламы любят представлять новый автомобиль в образе соблазнительной женщины. Суккубы и, разумеется, инкубы, чувствуют себя вольготно в рекламном бизнесе.
Кроме того, реклама, поощряя или, фактически, принуждая детей (и их родителей) к коллекционированию и собиранию тех или иных продуктов промышленности (комиксов, серий игрушек и т. д.), развивает в них склонность к систематизации и вообще ведению статистики, способствуя тем самым усилению процесса «отвердения» мира. Впрочем, главное назначение рекламы - все же стимулировать участие человека как обитателя «отвердевшего мира» в процессе торговли. Ониомания, или «шопоголизм», как и сам по себе, кстати говоря, «безобидный» шопинг - классический вид одержимости в «отвердевшем» мире, являющийся самым массовым в том числе и по причине своей кажущейся «безобидности».
Участие в процессе торговли подразумевает денежные взаимоотношения. В традиционной социальной организации деньги, как пишет Генон113, выполняли сакральную функцию, в наше время полностью вытесненную их количественной концепцией. Ниспровержение сакрального расчищает дорогу «демоническому»: «Случай с деньгами, как они существуют сегодня … : лишенные всего того, что могло в традиционных цивилизациях превращать их как бы в посредников “духовных влияний”, они не только сведены к тому, чтобы быть простыми “материальными” и количественными знаками, но уже не могут играть иную, кроме как пагубную и “сатанинскую” роль, которую слишком легко констатировать в наше время»114. Кстати, здесь вполне уместно вспомнить и сделанное ранее замечание о представителях элиты криминального мира и о их «контактах» с миром демонов. Как бы то ни было, в современном мире изречение «деньги - это зло» несет буквальный смысл с точки зрения Традиции.

 

§ 9. Некоторые выводы

Достаточно очевидно, что, рассматривая любые широко внедренные в современное общество системы и процессы с традиционалистской точки зрения, можно выявить их «демоническую» суть. Впрочем, в большинстве случаев это видно и без призыва на помощь норм Традиции. Из анализа некоторых обстоятельств жизни известных философов становится понятно, что демонический мир проделал длительную и кропотливую работу по изменению человеческого сознания с целью облегчения воздействия на него. На данном этапе мы видим, что человечество как вид подошло очень близко к тому состоянию, чтобы полностью контролироваться демонами. Мы затрудняемся прогнозировать, во что именно превратятся люди, полностью отошедшие под власть демонов, т. е. когда все возможные «врата ада» будут широко распахнуты, - однако можем предположить, что существовать они будут по крайней мере какое-то время и по крайней мере в каком-то минимальном количестве в том или ином состоянии, хотя трудно представить, на что пригодны ворота, переставшие выполнять свою функцию, т. е. держать путь закрытым. Дело в том, что перед демонами не стоит задачи уничтожения человечества как такового - к этому выводу можно прийти, приняв во внимание тот факт, что у людей были и все еще остаются возможности без особых сложностей уничтожить друг друга, например, посредством оружия массового поражения, однако этого до сих пор не произошло. Вполне возможно, впрочем, что не без заступничества со стороны сил «добра», т. е. сил, связанных со сверхиндивидуальным принципом. Достаточно очевидно, впрочем, и то, что остановить «деградацию» человечества и «отвердение» чувственного мира не под силу даже им, поэтому, вообще говоря, нам остается только ждать, чтобы увидеть, чем же все закончится.





1 M. Schwarzsichtig. Одержимость: закономерный приговор человеческой цивилизации. [текст]

2 См. M. Schwarzsichtig, указ. соч., § 3. Гости из-за Великой Стены. [текст]

3 Генон Р. Царство количества и знамения времени // Генон Р. Избранные произведения: Царство количества и знамения времени. Очерки об индуизме. Эзотеризм Данте. - М.: Беловодье, 2003, с. 93. [текст]

4 См. M. Schwarzsichtig, указ. соч., там же. [текст]

5 Генон Р., указ. соч., с. 107. [текст]

6 Там же, с. 123. [текст]

7 Там же, с. 96. [текст]

8 Генон говорит об этом достаточно определенно: «Истина состоит в том, что материалистическая концепция, будучи однажды сформулирована и распространена каким-то образом, может только лишь содействовать ... “отвердению” мира» (Генон Р., указ. соч., с. 124). Термин Homo sapiens ввел шведский естествоиспытатель Карл Линней в своей работе «Система природы» (Systema Naturae) в переиздании 1739 года. Расцвет рационализма, основоположником которого принято считать Рене Декарта, устойчиво датируют именно XVIII веком. [текст]

9 Генон Р., указ. соч., с. 101. [текст]

10 Там же, с. 57. [текст]

11 Там же, с. 60. [текст]

12 Для поверхностного описания «демона движения» приведем образ мыслей одного из героев Грабинского, одержимого этим демоном: «Кондуктор Боронь принципиально не терпел пассажиров, их практичность его бесила. Для него железная дорога существовала сама по себе, а вовсе не на потребу пассажирам. Предназначение ее состояло не в перевозке людей с места на место, а в движении как таковом - в преодолении пространства. И остановки делались не для высадки и посадки, а чтобы отмерять проделанную дорогу, их калейдоскопическое мелькание свидетельствовало о победах скорости. Благородную идею движения не должны были мутить ничтожные делишки земных пигмеев, их пошлые торговые сделки и мошеннические аферы» (Грабинский С. Чумазлай // Грабинский С. Саламандра: Избр. произв. Т. 1. М.: Энигма, 2002, с. 162). Примечательно, что немецкий психоаналитик Эрих Фромм считал преклонение перед скоростью и машинами «характерным элементом некрофилии» (см. Фромм Э. Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии. М.: Высшая школа, 1992, с. 23). [текст]

13 См., например, Росбалт: Геймер напал с ножом на дедушку и бабушку, а обвинил во всем персонажа DotA, 26.08.2014; РИА Новости: В Башкирии подросток умер после непрерывной игры за компьютером, 01.09.2015; Росбалт: На Южном Урале подросток-игроман зарезал родителей, не пускавших его к компьютеру, 05.10.2015. [текст]

14 Жизнь и деятельность Гойи - 1746-1828 - приходятся, что примечательно, на период расцвета рационализма. [текст]

15 Генон говорит об этом достаточно определенно: «Тот факт, очень значительный сам по себе, что современная психология всегда рассматривает только “подсознательное” и никогда “сверхсознательное”, которое логически должно быть его коррелятором, конечно, выходит за рамки просто словарного способа выражения; не стоит сомневаться, что в этом выражается проникновение, которое совершается исключительно через низ, то есть с той стороны, которая соответствует здесь, в человеческом бытии, так же, как и повсюду в космической среде, “трещинам”, через которые проникают самые “пагубные” влияния тонкого мира, мы бы могли даже сказать, такие влияния, которые обладают поистине “инфернальным” характером. Некоторые в качестве синонима или эквивалента термина “подсознательное” принимают термин “бессознательное”, который, понятый буквально, мог бы быть отнесен к еще более низшему уровню, но, говоря по правде, который менее точно соответствует реальности» (Генон Р., указ. соч., с. 246). [текст]

16 Генон Р., указ. соч., с. 96. [текст]

17 Генон Р., там же, с. 97. [текст]

18 Генон Р. Символы священной науки. - М.: Беловодье, 1997, с. 452. [текст]

19 Эту же мысль, только в несколько других терминах, озвучивает еврейский историк религии и мистики Гершом Шолем при анализе наследия мистика-каббалиста Ицхака Лурии: «Сатанинские нижние миры зла, воздействие которых исподволь сказывалось на всех стадиях космологического процесса, возникли из осколков, заключавших в себе еще некоторое число искр Божественного света - по утверждению Лурии, таких искр было 288. Так элементы добра - Божественного света - смешались с элементами зла и порока» (Шолем Г. Основные течения в еврейской мистике. - Иерусалим: Библиотека-Алия, 1993, Т. 2, с. 88). [текст]

20 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 237. [текст]

21 Для полноты картины приведем замечание Генона о чувственной интуиции из другой его работы - «Кризис современного мира»: «...Именно за счет критики рационализма интуиционизм пошел еще дальше по пути извращения мышления, обращаясь к такому недо-разумному, инфра-рациональному качеству, как смутная и неопределенная чувственная интуиция, более или менее смешанная с воображением, то есть, в конечном счете, к смеси инстинкта с сентиментом. Показательно, что в интуиционизме об “истине” уже не идет и речи. Вопрос ставится только о “реальности”, причем сведенной исключительно к ее низшему чувственному уровню и понимаемой как нечто, находящееся в перманентном движении и сущностно непостоянное. В подобных теориях вся сфера интеллекта низведена до его нижайшего пласта, вплоть до того, что даже рассудок (рацио) либо вообще исключается, либо допускается как средство, необходимое для обработки материи в промышленных целях» (Генон Р. Кризис современного мира. - М.: Арктогея, 1991, с. 60). [текст]

22 Рене Декарт употребил эту формулировку в 1637 году в своей работе «Рассуждение о методе». Именно в этом философском трактате, полное название которого звучит как «Рассуждение о методе, чтобы хорошо направлять свой разум и отыскивать истину в науках» (Discours de la méthode pour bien conduire sa raison, et chercher la verité dans les sciences), были заложены основы рационализма. [текст]

23 См. замечание Генона, приведенное в прим. 8. [текст]

24 Генон Р. Заблуждение спиритов. - Цифр. версия, пер. с французского А. Игнатьева, с. 58. В «Царстве количества и знамения времени» этот термин переводится как «преобразованный материализм» (указ. изд., с. 233). [текст]

25 См., например, главы «Неоспиритуализм» и «Зло психоанализа» в основной работе Генона «Царство количества и знамения времени» (указ. изд., сс. 231 и 245 соответственно). Его отдельная работа, посвященная данному вопросу - «Заблуждение спиритов» (L’erreur spirite) - на данный момент в России в печатном виде не издавалась. [текст]

26 Кардек А. Книга Духов. - М.: «Ренессанс» СП «ИВО-СиД», 1993, с. 262. [текст]

27 Кардек А. Книга медиумов, или Руководство для изучающих спиритизм, для медиумов и вызывателей духов. - М.: «Ренессанс» СП «ИВО-СиД», 1993, с. 263. [текст]

28 Там же, с. 262. [текст]

29 Кардек А. Книга Духов. - Указ. изд., с. 109. [текст]

30 Там же, с. 110. [текст]

31 Генон Р. Символы священной науки. - Указ. изд., с. 162. [текст]

32 Соответствующая цитата: «...Призывание ангелов не как “небесных посредников”, каковыми они являются с точки зрения традиционной ортодоксии, но как самостоятельных независимых сил, является именно “ассоциацией” … , потому что такие силы тогда неизбежно выступают как ассоциируемые с самой Божественной Силой, вместо того, чтобы быть производными от нее. Эти последствия, с еще большим основанием, обнаруживаются в приложениях низшего порядка, относящихся к области магии... ...Те же следствия сказываются даже в самых деградировавших формах магии, таких как “церемониальная магия”; только в последнем случае, если ошибка и остается по сути той же, ее действительная опасность несколько смягчается незначительностью результатов, которые могут быть получены. Наконец, следует заметить, что это непосредственно объясняет одно из толкований, в которых происхождение отклонений иногда приписывается “падшим ангелам”; в самом деле, ангелы действительно являются “падшими”, когда их рассматривают подобным образом, потому на самом деле это вследствие своей сопричастности Первоначалу они обладают всем, что составляет их существо; так что когда эта сопричастность не признается, то остается лишь чисто негативный аспект, который есть как бы тень, обратная по отношению к самому этому существу. [Примечание к последней реплике:] Можно было бы сказать, и не имеет значения, будь то буквально или символически, что в этих условиях тот, кто полагает, будто вызывает ангела, рискует увидеть перед собой демона», - Генон Р. Символы священной науки. - Указ. изд., с. 405. [текст]

33 Генон Р. Заблуждение спиритов, - Указ. изд., с. 97. [текст]

34 Подробнее см. M. Schwarzsichtig. Одержимость: закономерный приговор человеческой цивилизации, § 5. Психические остатки как «места стоянок» демонов. [текст]

35 Очевидно, имеются в виду латинские термины obsessio и possessio - т. е. «осада» и «владение». [текст]

36 Генон Р. Заблуждение спиритов. - Указ. изд., с. 50. [текст]

37 Там же, с. 124. [текст]

38 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 205. [текст]

39 Там же, с. 232. [текст]

40 В литературных произведениях Майринка наиболее явственно эта критика присутствует в романе «Белый доминиканец», глава «Лик Медузы». [текст]

41 Генон Р. Заблуждение спиритов. - Указ. изд., с. 93. [текст]

42 Майринк Г. Ангел Западного Окна. - СПб.: Terra Incognita, 1992, с. 451. [текст]

43 Цит. по Генон Р. Заблуждение спиритов. - Указ. изд., с. 97. [текст]

44 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 255. [текст]

45 Подробнее см. M. Schwarzsichtig. Одержимость как норма жизни. [текст]

46 Генон Р. Заблуждение спиритов. - Указ. изд., с. 45. [текст]

47 Юнг определяет архетип тени как «опасный аспект непризнанной темной половины человека» (Юнг. К. Г. Структура психики и архетипы. - М.: Академический проект, 2009, с. 224); кроме того, тень, утверждает он, - это «скрытая, подавленная, низшая и обремененная виной часть личности, корнями своими уходящая в животный мир» (Юнг. К. Г. Психология бессознательного. - М.: Канон, 1995, с. 118). Возможность проявления архетипа коллективной тени Юнг объясняет следующим образом: «...Так как индивидуальная тень всегда присутствует в качестве компонента личности, из нее может непрерывно создаваться коллективный образ» (Юнг К. Г. Душа и миф. Шесть архетипов. - Киев: 1996, Государственная библиотека Украины для юношества, с. 354). [текст]

48 Например: «Генон сильно критиковал ... писателя Густава Майринка, обвиняя его в причастности к контр-инициации за то, что Майринк в своем романе “Зеленый Лик” смешал инициатический образ Илии с контр-инициатическим образом Агасфера, основываясь, в частности, на схожести их цветового символизма» (Дугин А. Конспирология. - М.: Арктогея, 1993, с. 75). [текст]

49 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 142. [текст]

50 Блэквуд Э. «Тайное поклонение» // Блэквуд Э. Вендиго: Повести и рассказы. - М.: Энигма, 2005, с. 570. [текст]

51 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 196. [текст]

52 Уделим в этой связи некоторое внимание курьезной публикации, утверждающей, что недостроенная телебашня в Екатеринбурге может воплощать собой «уральскую» «Башню Сатаны»: Красильников И. Башня Сатаны // Приложение № 16 к журналу «Апокриф» - Традиция: Запад-Восток, июнь 2011, с. 44 (Цифр. версия). Действительно, согласно российскому последователю учения Генона Али Тургиеву, термин «Башни Сатаны» обозначает «“природные аномалии” или “геологические образования” (предположительно полости в глубине земли, типа колодца, воронки, шахты или пещеры), соответствующие местам низвержения падших ангелов в допотопные времена, над которыми позднее были (или могли быть) воздвигнуты культовые сооружения, башни в собственном смысле» (Тургиев А. Башни Сатаны // «Волшебная гора» № IX, 2004, с. 166). Так что Иван Красильников не так уж и грешит против истины, видя в современном недостроенном телекоммуникационном сооружении воплощение «активного центра контринициации».
 
К сожалению, излагая доводы в пользу своей гипотезы, при всех своих стараниях быть объективным автор явно выдает желаемое за действительное: приведенные им «свидетельства» носят общий характер, потому что они, вообще говоря, являются лишь признаками «деградации» нашего чувственного мира - такие или подобные им без особого труда можно подобрать и для другого «экстравагантного» или «пользующегося дурной славой» объекта в другом, если не сказать - любом регионе планеты. Например, ту же Эйфелеву башню с самого ввода в действие облюбовали самоубийцы, от этого инженерного сооружения рукой подать до места, где почти за сто лет до воздвижения башни казнили Людовика XVI (а через несколько месяцев и его супругу Марию-Антуанетту), а «достижения» парижан в сфере криминала, секс-индустрии и проч., думается, затмят приведенные автором в качестве довода аналогичные «подвиги» екатеринбуржцев. Однако, увы, Генон ничего не писал о «французской» или «западно-европейской» «Башне Сатаны».
 
Если говорить серьезно, то на что действительно следовало обратить внимание, так это на свидетельства о «шаманских» (применим все-таки этот термин, хотя, согласно Генону, им следует пользоваться с осмотрительностью) культах в данном регионе, приверженцы которых использовали для «контакта» с определенными тонкими влияниями («пагубного») характера какие-либо объекты, в которых можно было бы опознать «место ниспровержения (т. е., фактическое местонахождение) падшего ангела» (Тургиев А., указ. соч., с. 170). Однако, Красильников по непонятным причинам с легкость отбрасывает эту сторону вопроса: «Прежде всего, стоит отметить, что наиболее сильно свое влияние башня должна была проявить именно в XX веке, поскольку это столетие наиболее глубоко погрузилось в эпоху Кали. Поэтому рассматривать мы будем именно это время как период начала наиболее активного проявления башни вовне» (с. 52). Чувственный мир XX века, действительно, проявляет признаки нахождения в последней фазе Кали-Юги (см. Генон Р. Несколько замечаний по поводу доктрины космических циклов // Милый Ангел, т. 1, М.: Арктогея, 1991, с. 14), однако это вовсе не означает, что «Башня Сатаны» - или предназначенное для нее место - не проявляла себя до XX века! И вообще, разве не странно ограничиваться последним веком истории нынешней человеческой цивилизации при анализе процесса воздействия тонких влияний, отправной точкой которого является падение ангела?
 
В конечном итоге автор сводит все свои усилия на нет, защищаясь от возможных критиков пафосной формулировкой, что цель его исследования заключалась всего-навсего в том, «чтобы дать некоему (весьма узкому) кругу людей, размышляющих о судьбах мира в преддверии надвигающегося Свинцового века - апогея Кали-юги, - некоторую пищу для размышлений» (с. 55). Полагаем, означенный «весьма узкий» круг лиц, если он действительно существует, пользуется для своих нужд гораздо более точной и проверенной информацией. [текст]

53 Например: «...Можно утверждать, что человечество достигло той степени инволюции, когда предание огласке сведений о башнях Сатаны уже не только не противоречит плану жрецов контртрадиции, но вполне с ним согласуется. Духовно обезоруженный человек нашего времени - существо, падкое на сенсации, ищущее новых впечатлений и не смотрящее глубже поверхности, - не может не заинтересоваться башнями, и интерес этот будет тем острее, чем более запретным с точки зрения укрощенных религий является его предмет. Появление группы лиц, стремящихся “побывать” в башне Сатаны и “увидеть все своими глазами”, может служить индикатором готовности социума к более благоприятному восприятию контртрадиционных идей, т. е., сигналом к их дальнейшей экстериоризации» (Тургиев А., указ. соч., с. 169). [текст]

54 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 262. [текст]

55 Там же, с. 136. [текст]

56 Генон довольно подробно объясняет суть различия этих стадий: «...Необходимо делать различие между извращением и разрушением: извращение происходит, можно сказать, через бесконечное множество степеней, так что оно осуществляется мало-помалу и как бы незаметно; пример этого мы видим в постепенном нисхождении современной ментальности от “гуманизма” и рационализма к механицизму, потом к материализму, и следуя этому процессу, профанная наука вырабатывала последовательно теории все более и более количественного характера, что позволяет сказать, что все это отклонение с самого своего начала постоянно стремилось в прогрессирующей степени установить “царство количества”. Но когда отклонение дошло до своего последнего предела, то оно достигло истинного “переворота”, то есть состояния, которое диаметрально противоположно нормальному порядку, и именно тогда можно, собственно, говорить о “разрушении”, следуя этимологическому смыслу этого слова» (Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 210). [текст]

57 Там же, с. 214. [текст]

58 Там же, с. 214. [текст]

59 Примечательно, что современная - «профанная» согласно Генону - наука признает этот факт. Например, доктор психологических наук Рада Грановская в одном из своих интервью приводит данные, что «за последний век скорость изменений вокруг человека увеличилась в 50 раз», - Росбалт: «Люди с клиповым мышлением элитой не станут», 28.03.2015. [текст]

60 Об этом, в частности, пишет российский последователь учения Генона Али Тургиев: «...Для подспудного завершения внутренней десакрализации необходимо весьма продолжительное по людским меркам время, [поэтому] должна существовать и преемственность, гарантирующая целенаправленное разложение традиционного института на протяжении многих поколений» (Тургиев А., указ. соч., с. 172). [текст]

61 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 297. [текст]

62 Термины Генона: там же, с. 225. [текст]

63 Там же, с. 137. [текст]

64 Жмуров В. А. Психопатология. Часть I. Симптоматология: Учебное пособие. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1994, с. 227. [текст]

65 Блэквуд Э. «Возмездие» // Блэквуд Э. Вендиго: Повести и рассказы. - М.: Энигма, 2005, с. 89. [текст]

66 В частности, благодаря данной практике определенную известность получил схиигумен Пантелеимон (Роман Ледин), настоятель храма святых равноапостольных Константина и Елены (Псков), - его отчитки, одну из которых нам довелось наблюдать, собирают очень много людей. [текст]

67 Подробнее о подношениях демонам см. M. Schwarzsichtig. Одержимость за свой счет. [текст]

68 См., например, Interfax: Кировчанка объяснила убийство двухлетней дочери изгнанием из нее бесов, 24.04.2015; Газета.Ру: Из внучки Моргана Фримана изгоняли дьявола, 17.08.2015. [текст]

69 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 274. [текст]

70 Антонян Ю. М. Психология убийства // Психологическая газета № 4, 1998. Примечательно тем не менее, что в одноименной книге, выдержкой из которой и является процитированная статья (Психология убийства. - М.: Юристъ, 1997), автор ни разу не употребляет термин «одержимый» в интересующем нас контексте. [текст]

71 См., например, РИА Новости: Женщина на Урале обезглавила 7-летнюю дочь по «велению демонов», 17.12.2014. [текст]

72 Цит. по: Para Bellum Ночной сталкер // Альманах «Свинец сатурнианца» № 1, осень 1999, с. 91. [текст]

73 ZN.UA: Серийный убийца требует адвоката , 04.12.1998. [текст]

74 «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему» (Быт. 1:26). [текст]

75 Например, французский писатель Вернер Жерсон в своем аляповатом «исследовании» «Нацизм - тайное общество» приводит множество свидетельств об одержимости Гитлера (см. издание - М.: Крон-Пресс, 1998, сс. 165-168), не утруждая себя, разумеется, ссылками на первоисточники, оно, впрочем, и понятно: все эти «свидетельства» позаимствованы из претенциозного «Утра магов» Луи Повеля и Жака Бержье (см. издание - М.: Вече, 2005, сс. 310, 320). Британский историк Тревор Равенскрофт в своей заслуживающей некоторого снисхождения, но от того не менее беллетристической работе «Копье судьбы» называет одержавшего Гитлера демона то Левиафаном, то самим Люцифером (см. издание - М.: Крон-Пресс, 1998, сс. 126 и 303 соответственно).
 
Очевидно, первым миф об одержимости Гитлера запустил бывший президент сената Свободного города Данцига Герман Раушнинг, порвавший с НСДАП и покинувший Германию в 1939 году, успев по роду политической деятельности встретиться с Гитлером как минимум четыре раза. В своей самой известной книге «Говорит Гитлер» (1939), он, в частности, пишет: «Гитлер отдался силам, которые влекут его за собой. Силам мрачного и разрушительного насилия. Думая, что еще обладает свободой выбора, он уже давно предался власти колдовства, которое не без оснований и вовсе не в переносном смысле можно было назвать демонической магией. И вместо того, чтобы, поднимаясь вверх, ступень за ступенью, освобождаться от наслоений темного прошлого и становиться свободнее и светлее - он с каждым шагом явно становился все более одержимым, все более скованным, порабощенным, бессильным, жертвой сил, которые одолели и не отпускают его. <...> Гитлер - не диктатор; силы, скрывающиеся за его спиной, движут им, часто даже помимо его воли. Итог действия этих сил - его постоянное продвижение вперед. Из его политики получилось нечто совсем иное, чем он представлял себе вначале. Он подвел черту под суммой сил и стал их общим знаменателем. Он остался наверху, но потерял независимость в принятии решений» (Раушнинг Г. Говорит Гитлер // Раушнинг Г. Говорит Гитлер. Зверь из бездны. - М.: Миф, 1993, с. 167). [текст]

76 Фромм Э. Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии. М.: Высшая школа, 1992, с. 10. [текст]

77 Платон. Апология Сократа // Платон. Диалоги. - Харьков: Фолио, 1999, с. 22. [текст]

78 Там же, с. 30. [текст]

79 Плутарх. О демоне Сократа // Плутарх. Сочинения. - М.: Художественная литература, 1983, с. 509. [текст]

80 Там же. [текст]

81 Для разъяснения этого вопроса приведем несколько обширных цитат Плутарха из его текста, посвященному демону Сократа: «“А как ты думаешь, Феокрит, - спросил Галаксидор, - имеет ли демон Сократа какую-то свою особую силу или же это просто частица тех общих необходимых условий, которые, определяя жизненный опыт человека, сообщают ему в неясных и не поддающихся разумному учету случаях толчок, направляя его поведение в ту или иную сторону? Подобно тому как малый груз сам по себе не отклоняет коромысло весов, но, добавленный к одному из уравновешенных грузов, уводит все в свою сторону, так чихание или тому подобный знак, хотя бы и ничтожный, может повлечь за собой решение, касающееся важных действий: когда встречаются два противоборствующих соображения, то, присоединившись к одному из них, такой знак разрешает безысходность, устранив равновесие, и отсюда возникает движение и сила”. Это подхватил мой отец: “А ведь и в самом деле, Галаксидор, я слышал от одного мегарца, а он от Терпсиона, что демон Сократа - это не что иное, как чихание, свое ли собственное или чужое. При этом, если кто-либо другой чихнул справа, или сзади, или спереди, то это побуждало к действию, если же слева, то заставляло воздерживаться; собственное же чихание утверждало в намерении совершить намеченное действие, но удерживало от завершения того, что уже было начато. Странным мне кажется, однако, если он, в действительности исходя из чихания, говорил товарищам о каком-то побуждающем или сдерживающем демоне: было бы, друг мой, нелепой суетностью из-за какого-то внешнего шума - чихания - отказываться от заранее обдуманного действия, и это совершенно противоречило бы образу человека, которого мы считаем поистине великим и выдающимся среди людей своей мудростью”» (Плутарх. О демоне Сократа. - Указ. изд., с. 509).
 
Далее следует попытка истолковать подобный, скажем так, несколько экстравагантный метод получения наставлений от демона: «Подобно тому как во врачевании биение пульса служит малым знаком, много говорящим о состоянии больного, и как для кормчего крик морской птицы или прохождение бурого облачка предвещает бурный ветер и жестокое морское волнение, так для вещей души гадателя чихание или голос, вещь сама по себе ничтожная, может быть знаком чего-то важного: ведь ни в каком мастерстве не забывают о том, что малое может предзнаменовать великое и малочисленное - многое. Человек, незнакомый со смыслом письменности, видя немногие и невзрачные по форме начертания, не поверил бы, что знающий грамоту может извлечь из них сведения о великих войнах, происходивших у древних народов, об основаниях городов, о деяниях и судьбах царей, и сказал бы, что какой-то демон развертывает перед ним повествование обо всех этих делах исторического прошлого, и мы весело посмеялись бы над неразумием этого человека; смотри же, друг, как бы мы, не зная силы тех данных, которыми располагает мантика для суждений о будущем, стали неразумно выражать неудовольствие, если осведомленный в мантике человек делает из них выводы, касающиеся будущего, и при этом утверждает, что его действиями руководит не чихание и не голос, а демон. Тут я обращаюсь к тебе, дорогой Полимний. Ты удивляешься, что Сократ, более чем кто-либо из людей очеловечивший философию устранением из нее всякой напыщенной темноты, для этого своего знака избрал название не чихания и не голоса, а какого-то трагического демона. А вот я, наоборот, удивился бы, если бы такой мастер диалектики и владения словом, как Сократ, сказал, что получает знак не от демона, а от чихания; это то же самое, как если бы кто сказал, что его ранило копье, а не посредством копья метнувший это копье человек; или что тот или иной вес измерен весами, а не сделавшим взвешивание человеком посредством весов. Ведь действие принадлежит не орудию, а человеку, который пользуется орудием для этого действия» (там же, с. 511).
 
И, наконец, предлагается более или менее окончательное объяснение: «Сократ людей, говоривших о том, что им было явлено божественное видение, признавал обманщиками, а к тем, кто говорил об услышанном ими некоем голосе, относился с уважением и внимательно их расспрашивал. Это наблюдение побуждало нас при обсуждении между собой занимавшего нас вопроса подозревать, что демон Сократа был не видением, а ощущением какого-то голоса или созерцанием какой-то речи, постигаемой необычным образом, подобно тому как во сне нет звука, но у человека возникают умственные представления каких-то слов, и он думает, что слышит говорящих. Но иные люди и во сне, когда тело находится в полном спокойствии, ощущают такое восприятие сильнее, чем слушая действительную речь, а иногда и наяву душа едва доступна высшему восприятию, отягченная бременем страстей и потребностей, уводящих ум от сосредоточения на явленном. У Сократа же ум был чист и не отягчен страстями, он лишь в ничтожной степени в силу необходимости вступал в соприкосновение с телом. Поэтому в нем сохранялась тонкая чувствительность ко внешнему воздействию, и таким воздействием был для него, как можно предположить, не звук, а некий смысл, передаваемый демоном без посредства голоса, соприкасающийся с разумением воспринимающего как само обозначаемое» (там же, с. 521).
 
По теме будет уместно привести и небольшое замечание Плутарха о «мыслях» демона: «В сущности мы воспринимаем мысли друг друга через посредство голоса и слов, как бы на ощупь в темноте: а мысли демонов сияют своим светом тому, кто может видеть и не нуждается в речах и именах, пользуясь которыми как символами в своем взаимном общении люди видят образы и подобия мыслей, но самих мыслей не познают - за исключением тех людей, которым присущ какой-то особый, божественный, как сказано, свет» (там же, с. 522). [текст]

82 Апулей. О божестве Сократа // Апулей. Метаморфозы и другие сочинения. - М.: Художественная литература, 1988, с. 345. [текст]

83 Там же, с. 344. [текст]

84 «...Гадатели по приметам слышат ясно воспринимаемый слухом голос и не сомневаются никогда, что исходит он из человеческих уст. Но Сократ не говорил, что до него доносится “голос”, но именно “некий голос”, и нетрудно понять, что прибавление это означает “необычный голос, нечеловеческий”. Иначе зачем это “некий”? Почему не сказать просто “голос” или, точнее, “чей-то голос” … . Значит, тот, кто говорит, что “(некий) голос слышит”, или не знает, откуда этот голос, или сомневается, был ли этот голос, или показывает, что голос этот таинственный и необычный. Так и Сократ (говорил) о чудесном голосе, который он слышал своевременно» (там же, с. 346). [текст]

85 «...Думаю я, что не только слухом, но даже и зрением воспринимал он знаки своего демона. Ведь очень часто он утверждал, что не “голос” предстал ему, но “божественный знак”. Этот знак мог быть и образом самого демона, воспринимаемым одним лишь Сократом, как Минерва - гомеровским Ахиллесом. Уверен, многие из вас весьма неохотно поверят тому, что я сказал: что Сократу являлся зримый образ демона. А вот пифагорейцы крайне удивлялись, если кто-нибудь утверждал, что никогда не видел демона. Свидетельство Аристотеля, думаю, убедительно это подтверждает. Но если возможность созерцать божественный образ предоставлена каждому, почему не случиться этому прежде всех с Сократом, которого достоинство мудрости сравняло с любой божественной силой? Ведь нет ничего богу более подобного и любезного, чем муж добродетельный, с душой совершенной, кто настолько же прочих людей превосходит, насколько сам богам бессмертным уступает!» (там же, с. 347). [текст]

86 Приведем по этой теме два замечания Генона, представляющиеся нам довольно уничижительными: «...Философы часто говорят гораздо более истинные вещи тогда, когда они выдвигают аргументы против других философов, чем когда они выдвигают свои собственные точки зрения; каждый, в основном, видит достаточно хорошо недостатки других, и таким образом они взаимно разрушают друг друга» (Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 99); «...Профанные философы … , главным образом, годятся для того, чтобы играть роль одураченных и служить бессознательными “посредниками” для одурачивания многих других» (там же, с. 244). [текст]

87 На эту особенность демона Сократа обратил внимание Ницше, ставивший в вину древнегреческому философу «смерть трагедии»: «Ключ к природе Сократа дает нам то удивительное явление, которое известно под именем “демон Сократа”. В тех исключительных положениях, когда его чудовищный ум приходил в колебание, он находил себе твердую опору в божественном голосе внутри себя. Этот голос всегда только отговаривал. Инстинктивная мудрость показывалась в этой совершенно ненормальной натуре только для того, чтобы по временам проявлять свое противодействие сознательному познаванию. Между тем как у всех продуктивных людей именно инстинкт и представляет творчески-утвердительную силу, а сознание обычно критикует и отклоняет, - у Сократа инстинкт становится критиком, а сознание творцом - воистину чудовищность per defectum [от ущербности]! А именно: мы замечаем здесь чудовищный дефект всякого мистического предрасположения, так что Сократа можно было бы обозначить как специфического не-мистика, в котором логическая природа путем гипертрофии так же чрезмерно развилась, как в мистике - его инстинктивная мудрость» (Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки // Ницше Ф. Сочинения в двух томах. - М.: Мысль, 1990, Т. 1, с. 108).
 
Апулей также не прошел мимо манеры демона Сократа наставления философа, однако вряд ли его замечание можно расценивать даже как примечательное: «Есть определенная причина и тому, что демон приходил лишь затем, чтобы пресечь начинания Сократа, но никогда не поощрял его. Сократ, муж совершеннейший и добровольно готовый к достойным его обязанностям, не нуждался никогда в побуждениях, но иногда в запрещениях: предупрежденный, он мог отказаться от опасных в дурное время начинаний, к которым он позднее или спокойно возвращался, или иначе приступал» (Апулей, указ. соч., с. 346). [текст]

88 Фон Франц М.-Л. Сновидения // Фон Франц М.-Л., Боа Ф. Путь сновидения; Фон Франц М.-Л. Сновидения - М.: Клуб Касталия, 2015, с. 261. [текст]

89 Работа французского теолога и историка Адриана Байе «Жизнь господина Декарта» («La vie de monsieur Des-Cartes», 1691) на русском языке не издавалась, - изложенные им сны Декарта полностью цитирует фон Франц в своей работе «Сновидения» (указ. изд., сс. 267-270). [текст]

90 Marie-Louise von Franz Träume, Daimon Verlag 2002, S.144. [текст]

91 Фон Франц М.-Л. Сновидения. - Указ. изд., с. 267. [текст]

92 Там же, с. 270. [текст]

93 Декарт Р. Рассуждение о методе, чтобы хорошо направлять свой разум и отыскивать истину в науках // Декарт Р. Рассуждение о методе с приложениями: диоптрика, метеоры, геометрия. - М.: Издательство Академии наук СССР, 1953, с. 10. [текст]

94 Там же, с. 17. [текст]

95 Там же, с. 32. [текст]

96 Там же, с. 38. [текст]

97 Лермина Ж. Практическая магия // Папюс. Практическая магия. - М.: Алконост, 1992, Т. 1, с. 193. [текст]

98 Шолем Г. Указ. соч., с. 64. [текст]

99 Там же, с. 202. [текст]

100 Там же, с. 64. [текст]

101 Там же, с. 50. [текст]

102 Генон Р. Царь Мира. - Выходные данные не указаны, 1993, с. 22. [текст]

103 Примечательно, что Кроули, написавший «Книгу закона», по сути, методом автоматического письма, весьма распространенного в спиритической практике, сам указывал на вероятность «порождения» Айвасса своей психикой, описывая его при этом в общих чертах похожим на Ангела Западного Окна, каким его изобразил Майринк: «Во время записи под диктовку Кроули не разрешалось смотреть на Айвасса, но все же он украдкой бросил на него взгляд. Его Ангел-хранитель, которым, по предположению Кроули, и был Айвасс, парил на легком облаке, похожем на клубы дыма. Это был, “казалось, высокий темноволосый мужчина тридцати с чем-то лет, хорошо сложенный, энергичный и сильный с лицом жестокого короля и закрытыми глазами, взгляд которых способен разрушить то, на что он направлен”. Этот мощный образ был “одной из разновидностей визуализации воображаемого”» (Бут М. Жизнь мага. - Екатеринбург: Ультра.Культура, 2004, с. 254). Ср. у Майринка: «...Из темного колодца в столе внезапно брызнуло бледно-зеленое сияние..., подобно гейзеру, бьющему из почвы, этот мерцающий фонтан взмыл под потолок и окаменел в форме человека, в котором, впрочем, ничего человеческого не было. Эта прозрачная как берилл, изумрудная масса кристаллизовалась в монолит такой ужасающей твердости, с которой, очевидно, не мог соперничать ни один из земных элементов. Тело, голова, шея - сплошная скала!.. <...> Невозможно описать неподвижную окаменелость этого лика с широко поставленными, лишенными ресниц глазами. От его взгляда исходило нечто до того жуткое, парализующее, мертвящее и при всем при том приводящее в такое несказанное восхищение, что космический холод неземного восторга и ужаса пробирал меня до мозга костей» (Майринк Г. Ангел Западного Окна. - Указ. изд., с. 214). [текст]

104 В оригинале Magick Life: A Biography of Aleister Crowley, 2000. [текст]

105 Бут М. Жизнь мага. - Указ. изд., с. 254. [текст]

106 Уделим в этой связи некоторое внимание курьезной публикации, утверждающей, что за современным российским философом Александром Дугиным «стоит демон Астарот»: Сарма А. Олег Телемский: «Александром Дугиным управляет демон Астарот» // Время Воронежа, 19.05.2014. Оккультист и психоаналитик Олег Телемский (Атон) определяет Дугина не просто черным магом, но «эталонным примером черного мага», исходя из анализа и оценки общественно-политической деятельности философа: «Ему нужна власть, как и всякой инфернальной сущности. Дугин - это реально инфернальная, страшная сила. Именно он и силы, которые за ним стоят, оказывают очень сильное влияние на нынешнюю власть». Однако имя управляющего философом демона (при этом сам Дугин о происходящем с ним «может не знать») Телемский «установил», видимо, исключительно интуитивно: «Еще в 80-х Дугин под псевдонимом Hans Zivers записал несколько песен, одна из них называлась “Астарот”. Всем поклонникам и ценителям Дугина я советую эту песню послушать. Это единственное место, где он не врет, где он открылся, как есть. Это его настоящая история».
 
Если расценивать гипотезу Телемского серьезно, то по ее существу можно сделать ряд претензионных замечаний. Никогда не скрывавшееся Дугиным желание влиять на власть (см., например, «Александр Дугин: Мы боремся не за власть, а за влияние на власть» // Международное евразийское движение, 11.10.2001; «Не власть, но влияние на власть» // Евразия, 31.12.2009) вкупе с необычайно высокой производительностью и довольно жесткой подачей своих идей, иногда проявляющейся в провокационных заявлениях, которые с позиции черной магии могут быть интерпретированы как призывы к массовому жертвоприношению (например, скандальное интервью агентству Anna-News от 06.05.2014, см. видео-цитату «Александр Дугин: “Убивать, убивать и убивать!”» // YouTube, 15.06.2014), при желании действительно можно расценить как косвенное свидетельство заключенного философом договора с демоном (obsessio) - или непосредственной одержимости им (possessio). Во всяком случае, беспощадно критикующий современную цивилизацию и ее ценности философ, тем более, как следует из соответствующей статьи в «Википедии», являющийся «сторонником старообрядчества в форме единоверия», по примеру того же Рене Генона или Константина Леонтьева скорее должен был избрать отшельнический образ жизни, нежели пытаться во что бы то ни стало быть услышанным властными структурами для осуществления масштабных социальных и политических проектов, чреватых, если уж на то пошло, многочисленными человеческими жертвами.
 
Согласно данным, содержащимся в «Лемегетоне» («Малый Ключ Царя Соломона»), Астарот вполне может являться «наставником» философа: «Астарот, великий и могущественный герцог, появляется подобно прекрасному ангелу [По другой версии, «грязный ангел» - прим. Артура Эдварда Уэйта], оседлавшему адского дракона, в его правой руке гадюка. К нему невозможно приблизиться из-за его зловонного дыхания, поэтому магу следует защитить лицо волшебным кольцом. Астарот правдиво отвечает на вопросы о прошлом, настоящем и будущем, раскрывает все тайны и наделяет исключительными способностями к гуманитарным наукам. А еще он охотно рассуждает о падении духов [Но себя он к ним не относит - прим. Иоганна Виеруса]» (Часть II «Полный Гримуар», глава IV «Таинства Магии Goëtic, согласно Малому Ключу Царя Соломона», § 1 «О Духах Медного Кувшина, или Ложная Монархия Демонов» // Уэйт А. Э. Церемониальная Магия. Гримуары. - СПб.: Лань, 1998, с. 348). При этом нет никаких сомнений, что Астарот является демоном очень высокого ранга: «Что касается Духов, говорит Истинный Гримуар, они делятся на высших и низших. Трое высших - это Люцифер, Вельзевул и Астарот. Согласно Великому Гримуару, Люцифер - Император; Вельзевул - Князь; Астарот - Великий Герцог» (там же, с. 330). Замечание Иоганна Вейера (Виерус - латинское написание фамилии), голландского врача, оккультиста и демонолога конца Средневековья, о том, что Астарот не относит себя к «падшим ангелам», крайне любопытно, однако сейчас мы не будем заниматься этим вопросом.
 
Совершенно очевидно - даже более, чем в рассмотренном ранее случае с недостроенной телебашней в Екатеринбурге, которая якобы воплощает собой «уральскую» «Башню Сатаны» (см. прим. 52), что серьезных доказательств или хотя бы неоспоримых доводов в пользу выдвинутой версии у Телемского нет, и - в данном случае - они вряд ли вообще могут существовать. Кроме того, обращает на себя внимание пресловутый «человеческий фактор» - некоторое болезненное, скажем так, отношение Телемского к личности Дугина. Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно загнать в поисковик сайта его организации «Касталия» фамилию Дугина.
 
Единственно, в случае Дугина - в отличие от версии об «уральской» «Башне Сатаны» - перечисленные факты вряд ли, как мы выразились ранее, без особого труда можно подобрать и для другого отечественного философа, по крайней мере - современного, ибо казус Дугина сам по себе уникален.
 
Также нельзя упускать из виду и тот факт, что в занятии черной магией Дугина обвиняет вовсе не христианский деятель, в пылу борьбы с «демоническими кознями» шарахающийся даже от собственной тени (как двусмысленно начинает звучать эта фраза, если понимать «тень» в юнговском значении), но неооккультист, собственное учение которого можно охарактеризовать как смесь кроулианства и юнгианства - т. е. тот самый «синкретизм», согласно Генону служащий «псевдоинициационным» организациям в качестве средства для фабрикования «ложной традиции» для своих приверженцев (Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 266). По все тому же Генону, организации подобного рода призваны «отвлечь внимание прежде всего от “контринициации”» (там же, с. 263), и ей-то они, что более чем очевидно, и направляются (там же, с. 263).
 
Единственное издание «Касталии», которое нам довелось держать в руках (Фон Франц М.-Л., Боа Ф. Путь сновидения; Фон Франц М.-Л. Сновидения, 2015), достаточно убедительно указывает на то, что своей издательской деятельностью Телемский преследует в первую очередь популяризаторскую цель, но никак не «поиски гнозиса», потому что, не углубляясь в критику, серьезный труд, пускай и классифицируемый как академический (т. е. «профанный» по Генону), нельзя издавать в столь неряшливом виде. И хотя по одному образцу / продукту деятельности не очень корректно выносить общее впечатление об этой деятельности, в данном случае, как нам представляется, мы совершенно не погрешим против истины. На это небольшое замечание о книгоиздательстве мы отвлеклись в той связи, что популяризаторскую миссию с явным игнорированием качественной составляющей осуществляют в первую очередь именно «псевдоинициационные» организации, и это является еще одним указанием на то, что сама по себе «Касталия», желает она того или нет, работает на «контринициацию».
 
На выходе имеем, что в вопросе взаимоотношений человека с демонами Телемский действительно может быть очень даже компетентен, хотя сам он, привлекая его же цитату, «об этом может не знать». [текст]

107 Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 179. [текст]

108 Там же, с. 58. [текст]

109 Там же, с. 106. [текст]

110 Там же, с. 235. [текст]

111 См. M. Schwarzsichtig. Одержимость: закономерный приговор человеческой цивилизации, § 1. Эпидемии XXI века. Даже при беглом ознакомлении с содержанием новостных лент интернет-СМИ с легкостью можно выделить и другие эпидемии, помимо отмеченных в данном тексте. Отметим лишь крайне любопытную, на наш взгляд, эпидемию «охоты за врачими», разразившуюся в России в недавнее время: Росбалт: СМИ: Пациент убил врача в Магадане из-за отказа в операции, 12.08.2015; Росбалт: В Ростове совершено покушение на директора онкологического института, 14.08.2015; Росбалт: Психиатр об убийце врача: В хирурге он увидел олицетворение врага и вселенского зла, 08.09.2015; Росбалт: СКР: Крымчанин, обстрелявший врачей, был недоволен качеством медпомощи, 28.09.2015. [текст]

112 Генон говорит об этом достаточно определенно: «“Отвердение” мира имеет ... следствия в человеческом и социальном порядке …: в этом отношении оно порождает такое состояние вещей, в котором все сосчитано, зарегистрировано и регламентировано, что, впрочем, по существу, есть лишь другая сторона “механизации”; весьма легко повсюду констатировать в наше время симптоматические факты, такие, как, например, манию переписи населения (которая, впрочем, тесно связана со значением, придаваемым статистике) и, вообще говоря, нескончаемое множество административных вмешательств во все обстоятельства жизни» (Генон Р. Царство количества и знамения времени. - Указ. изд., с. 153). [текст]

113 См. Генон Р. Царство количества и знамения времени, Глава XVI «Вырождение денег». - Указ. изд., с. 114. [текст]

114 Там же, с. 165. [текст]





Наверх
 

Предыдущая статья

НИИ Апокалипсиса

Следующая статья