The Teuton's Battle-Song

Howard Phillips Lovecraft

Omnis erat vulnus unda
Terra rubefacta calido
Frendebat gladius in loricas
Gladius fludebat clypeus...
Non retrocedat vir a viro
Hoc fuit viri fortis nobilitas diu...
Laetus cerevisiam cum Asis
In summa sede bibam
Vitae clapsae sunt horae
Ridens moriar.
        Regner Lodbrog
 
 
The mighty Woden laughs upon his throne,
And once more claims his children for his own.
The voice of Thor resounds again on high,
While arm'd Valkyries ride from out the sky:
The Gods of Asgard all their pow'rs release
To rouse the dullard from his dream of peace.
Awake! ye hypocrites, and deign to scan
The actions of your "brotherhood of Man".
Could your shrill pipings in the race impair
The warlike impulse put by Nature there?
Where now the gentle maxims of the school,
The cant of preachers, and the Golden Rule?
What feeble word or doctrine now can stay
The tribe whose fathers own'd Valhalla's sway?
Too long restrain'd, the bloody tempest breaks,
And Midgard 'neath the tread of warriors shakes.
On to thy death, Berserker bold! and try
In acts of Godlike bravery to die!
Who cares to find the heaven of the priest,
When only warriors can with Woden feast?
The flesh of Schrimnir, and the cup of mead,
Are but for him who falls in martial deed:
Yon luckless boor, that passive meets his end,
May never in Valhalla's court contend.
Slay, brothers, slay! and bathe in crimson gore;
Let Thor, triumphant, view the sport once more!
All other thoughts are fading in the mist,
But to attack, or if attack'd, resist.
List, great Alfadur, to the clash of steel;
How like a man does each brave swordsman feel!
The cries of pain, the roars of rampant rage,
In one vast symphony our ears engage.
Strike! Strike him down! whoever bars the way;
Let each kill many ere he die today!
Ride o'er the weak; accomplish what ye can;
The Gods are kindest to the strongest man!
Why should we fear? What greater joy than this?
Asgard alone could give us sweeter bliss!
My strength is waning; dimly can I see
The helmeted Valkyries close to me.
Ten more I slay! How strange the thought of fear,
With Woden's mounted messengers so near!
The darkness comes; I feel my spirit rise;
A kind Valkyrie bears me to the skies.
With conscience clear, I quit the earth below,
The boundless joys of Woden's halls to know.
The grove of Glasir soon shall I behold,
And on Valhalla's tablets be enroll'd:
There to remain, till Heindall's horn shall sound,
And Ragnarok enclose creation round;
And Bifrost break beneath bold Surtur's horde,
And Gods and men fall dead beneath the sword;
When sun shall die, and sea devour the land,
And stars descend, and naught but Chaos stand.
Then shall Alfadur make his realm anew,
And Gods and men with purer life indue.
In that blest country shall Abundance reign,
Nor shall one vice or woe of earth remain.
Then, not before, shall men their battles cease,
And live at last in universal peace.
Thro' cloudless heavens shall the eagle soar,
And happiness prevail for evermore.



Тевтонская боевая песнь

Говард Филлипс Лавкрафт
Перевод: Денис Попов, 2007-10 гг.

Каждая рана потоком
Землю багрила теплым вином
Меч звенел о латы
Меч крошил щиты...
Воин с воином сошлись
Сей воин храбрый славен давно...
Радостный, брагу из земли Азийской,
Воссев на вершине, я выпью
Жизни ускользают часы
Смеющийся, умру.
        Регнер Лодброг
 
 
На троне в смехе Вотан-вседержитель
Сзывает отпрысков к себе в обитель.
Раскаты Тора вновь в выси гремят,
Валькирии с оружием летят:
Все силы грозных Асгарда богов
Тупиц пробудят от их мирных снов.
Проснитесь и извольте же, ханжи,
Узреть дела об "общем братстве" лжи.
Мог заглушить ли в расе визг ваш чванный
Воинственный порыв, Природой данный?
Где ж добренькие максимы для школ
И Золотое Правило от зол?
Каким призывом жалким вы б сдержали
То племя, чьих отцов в Вальхаллу брали?
Сгущается кровавой бури мрак,
И Мидгард сотрясает марша шаг.
Себя ты смертью, берсерк, обагри!
В божественном бесстрашии умри!
Кого заботят небеса святош,
Коль воин лишь на Вотана пир вхож?
И плоть Сэхримнира, и чаша меда
Для бьющихся до смертного исхода:
Трусливой смерти снесшему позор
Вовеки не вступить в Вальхаллы двор.
Несите ж смерть! Омоет пусть вас кровь,
Ликуя, Тор узрит охоту вновь!
Одна лишь мысль ясна - атаковать,
Коль атакован - так не отступать.
Услышь, Альфедр, удары с бойни,
Как чувствует себя мужчиной воин!
Рев ярости свирепой, боли глас
Сливаются в симфонию для нас.
Рази! – кто не вставал бы на дороге;
Пред смертью пусть зарежет каждый многих!
Над слабым будь; что можешь, то исполни –
К сильнейшим Боги только благосклонны!
Бояться? C чем такой восторг сравним?
Нас осчастливить Асгард мог один!
Но тают силы, смутно вижу я,
Валькирии уж около меня.
Убил еще десяток! Чужд мне страх -
Совсем ведь рядом девы на конях!
Вот пала тьма, и дух оставил тело,
Валькирия со мною ввысь взлетела.
Чист совестью, я покидаю мир,
Узнать чтоб Вотана веселый пир.
Увижу вскоре рощи Гласир чудо
И занесен в Вальхаллы списки буду:
Там ждать, когда задует Хеймдалль в рог,
Замкнет кольцо творенья Рагнарек,
Биврест разрушит Суртура орда,
Богов, людей пожнет меча страда,
Исчезнет солнце, море сушь сожрет,
Погаснут звезды, Хаос снизойдет.
Затем Альфедр создаст свой мир по новой,
Богов, людей с чистейшею основой.
Придет страна блаженная Обилья,
Не будет в ней пороков и насилья.
Оставят люди лишь тогда сраженья,
Покой охватит грани все творенья.
А в ясном небе воспарит орел,
И счастье навсегда займет престол.






Впервые опубликовано в "United Amateur", XV, 7 (Feb. 1916), p. 85. Г. Ф. Лавкрафт упоминает эту поэму в письме Морису В. Мо от 17 декабря 1914 г. (распечатки "Arkham House transcripts of HPL’s letters"), из чего можно предположить, что она была сочинена незадолго до этой даты. Эпиграф – выдержки из латинского перевода Олая Вормия (или Оле Ворма, 1588 – 1654, датского врача, собирателя и исследователя древностей, коего Лавкрафт позже объявил автором латинского перевода «Некрономикона») древнескандинавской поэмы восьмого века; Лавкрафт, в свою очередь, перевел эту латинскую версию стихотворением "Погребальная песнь Регнера Лодброга" ("Regner Lodbrog’s Epicedium", 1914). В первой публикации "Тевтонской боевой песни" (под тевтонами подразумеваются германцы вообще) он добавил "Примечание автора" (pp. 85-86):
 
    "Здесь автор стремится возвести беспощадную жестокость и потрясающую храбрость современных тевтонских воинов к воздействию наследия древних северных Богов и Героев. Вопреки лицемерию защитников мира, мы должны осознавать, что наша теперешняя христианская цивилизация – продукт чужеземного народа – основывается, и весьма значительно, на тевтонах, когда они пробуждены в полной мере, и что в пылу сражения им совершенно свойственно возвращаться к психическому типу своих прародителей, поклонявшихся Вотану, забываясь в том прекрасном боевом рвении, что озадачивало завоевательные когорты Цезаря и смиряло гордые устремления Вара. Хотя и проявляясь наиболее явно у пруссаков, чьи недавние акты насилия столь широко осуждались, этот природный воинственный пыл ни в коем случае не присущ только им одним, но является общим наследием для каждой ветви нашей неудержимой ксантохромной расы – как британской, так и континентальной, – чьи далекие предки на протяжении неисчислимых поколений воспитывались на строгих заповедях мужественной религии севера. Хотя мы можем справедливо сетовать на чрезмерный милитаризм кайзера Вильгельма и его сторонников, мы, несомненно, не должны соглашаться с изнеженными проповедниками вселенского братства, которые отрицают достоинство той мужественной силы, что удерживает нашу великую североевропейскую семью в ее положении неоспоримого превосходства над остальным человечеством, и которая в своей чистейшей форме сегодня есть бастион Старой Англии. Образованной публике нет необходимости напоминать, что термин «тевтонский» ни в коем случае не связан с современной Германской Империей, но охватывает всю северную расу, будь то англичане или бельгийцы.
    В нордической религии Альфедр, или Всеотец, был весьма неясным, хотя и высшим божеством. Ниже его, среди прочих, были Вотан, или Один, практически верховное божество, и старший сын Вотана Тор, бог войны. Асгард, или небеса, были местом обитания Богов, в то время как Мидгард – землей, или жилищем людей. Радуга, или мост Биврест, которая соединяла два эти мира, охранялась преданным стражем Хеймдаллем. Вотан жил во дворце Вальхалла, рядом с рощей Гласир, а посланниками на землю ему служили валькирии – одетые в кольчугу вооруженные девы на конях, которые доставляли с земли в Асгард тех, кто храбро пал в битвах. И лишь те, кто погиб достойно, мог в полной мере вкусить наслаждений рая. Эти наслаждения заключались в поочередных пирах и битвах. На пирах Вотана в Вальхалле подавалось мясо вепря Сэхримнир, который, хотя его варили и поедали на каждой трапезе, на следующий же день вновь обретал свое изначальное состояние. Раны воинов, полученные в небесных битвах, чудесным образом излечивались в конце боя.
    Но этому раю не суждено длиться вечность. Однажды наступит Рагнарек, или Сумерки Богов, когда будет уничтожено все творение, и погибнут все Боги и люди, за исключением Альфедра. Суртур, убив последнего из этих Богов, сожжет весь мир. После этого верховный Альфедр создаст новую землю или рай, вновь сотворив Богов и людей, коих одарит вечной жизнью в мире и изобилии."
 
В "Отделе общественной критики" ("United Amateur", Jun. 1916) Лавкрафт замечает: "«Тевтонская боевая песнь» - это попытка современного критика взглянуть на нормы человеческих войн без лицемерных сентиментальных очков".
Персонажи и места германо-скандинавской мифологии: Вотан (Один у скандинавов) - верховный бог; Тор (Донар у германцев) - бог грома, бури и плодородия; валькирии - воинственные девы, участвующие в распределении побед и смертей в битвах, уносящие в Вальхаллу ("Чертог убитых") падших в бою храбрых воинов и там прислуживающие им; Асгард - небесное селение, крепость богов; Мидгард - "средняя", обитаемая человеком часть мира на земле; берсерк (берсеркер) - воин, приводивший себя в ярость перед битвой, в которой отличался огромной силой, быстрой реакцией, нечувствительностью к боли и безумием; Сэхримнир - волшебный вепрь, чьё неиссякающее мясо павшие воины едят в Вальхалле, запивая его неиссякающим медовым молоком козы Хейдрун; Альфёдр ("Всеотец") – одно из хейти (прозвищ) Вотана, и Лавкрафт несомненно ошибался, считая его самостоятельным персонажем мифологии; Гласир ("Сияющая") - роща волшебных деревьев с листьями из красного золота в Асгарде у ворот Вальхаллы; Хеймдалль - бог из рода асов (высших богов), сын Одина, обитающий у края мира и охраняющий мост-радугу Биврёст, соединяющий Мидгард с Асгардом, от великанов-ётунов; звук его золотого рога Гьяллархорн возвестит начало Рагнарёка ("Рок Богов") - последней битвы между богами и чудовищами, во время которой погибнет существующий мир, а затем возродится вновь; Суртур (или Сурт, "Чёрный") - огненный великан, владыка огненного царства Муспельхейм.
Золотое Правило - правило, заключающееся в том, что человек должен поступать с другими так, как он хочет, чтобы поступали с ним.
Император Гай Юлий Цезарь (12 или 13 июля 100 или 102 до н. э. - 15 марта 44 года до н. э.) - древнеримский государственный и политический деятель, полководец, писатель.
Публий Квинтилий Вар (ок. 53 до н. э. - осень 9 н. э.) - римский военачальник и политический деятель в период правления императора Августа, пытаясь подавить восстание германцев, потерял три легиона и, чтобы не попасть в плен, покончил с собой.
Ксантохромная раса - букв. раса "желтого цвета", нордическая раса. В 1870 г. Томас Генри Хаксли (или Гексли, 4 мая 1825 - 29 июня 1895, английский зоолог, популяризатор науки и защитник эволюционной теории Чарлза Дарвина) выдвинул теорию о существовании четырёх основных рас: ксантохромной, монголоидной, австралоидной и негроидной.
Вильгельм II (1859 - 1941) - германский император и прусский король в 1888 - 1918 гг.